Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 года"

Творчество поисковиков и неравнодушных. Стихи, песни, проза и просто мысли о поиске, жизни, войне.

Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 года"

Сообщение Константин Стрельбицкий » 28 янв 2018, 12:32

Уважаемые коллеги, в минувшую пятницу нам были представлены "сигнальные" экземпляры сборника материалов научно-практической конференции "Московское Народное Ополчение 1941 года: История. Подвиг. Память", состоявшейся 19 - 20.10.2017

Изображение

Экземпляры - во множественном числе - потому, что тираж сборника (200 экземпляров) будет издан двумя полиграфическими форматами - "стандартным книжным" и "увеличенным журнальным" (при этом увеличится только размер шрифта, а сам макет сборника останется неизменным).
Для примера - первый разворот сборника:

Изображение

Полное содержание сборника будет дано мной в текстовом виде в следующем сообщении
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 28 янв 2018, 12:33

"ОГЛАВЛЕНИЕ
Каримов В.И. Московское Народное Ополчение
Ковалёв В.С. Артемьев П.А., Пронин В.А., Щербаков А.С. – организаторы Московского Народного Ополчения
Красилова Е.В. Особенности формирования 6-й дивизии Народного Ополчения Дзержинского района Москвы
Пархоменко В.К. Ополченцы Народного Комиссариата иностранных дел Союза ССР в 6-й дивизии Народного Ополчения Дзержинского района Москвы
Чикин Р.С. Социально-экономическое развитие Ростокинского района Москвы в предвоенные годы как фактор патриотического подъёма при создании 13-й дивизии Народного Ополчения
Воронин А.Б. Дивизии Московского Народного Ополчения на строительстве Можайской линии обороны в июле 1941 года.
Милютин А.А. 29-я стрелковая дивизия (бывшая 7-я дивизия Народного Ополчения Бауманского района Москвы): от Дорогобужа до Вязьмы (4 – 7 октября 1941 года)
Милютин А.А. Прорывы из окружения севернее Вязьмы 7 - 12 октября 1941 года: сопоставление документов российских и немецких архивов
Лопуховский Л.Н. О масштабе людских потерь в Вяземской оборонительной операции
Цветкова Г.Я. Наследие войны в Холм-Жирковском районе: разминирование территории
Пятунина Е.А. Забытые герои Московского Народного Ополчения: Государственный духовой оркестр Союза ССР (Возвращение культурной памяти через историю неизвестного подвига – опыт журналистского расследования)
Михайлов И.Г. К вопросу о начальнике Штаба 7-й дивизии Народного Ополчения Бауманского района Москвы
Ромашова О.В. Жители Подмосковья в рядах дивизий Московского Народного Ополчения (на примере 9-й дивизии Народного Ополчения Кировского района): методика восстановления имён
Драхлер А.Б. Ростокинский рабочий батальон осеннего формирования 1941 года
Кислицын А.В. Использование немецкоязычных архивных документов для восстановления событий Второй мировой войны и исторического поиска
Блинков Е.А. Проблемы школьных музеев воинской славы и патриотического воспитания молодёжи
Рыхлова В.Н. Хранители памяти (О роли школьных музеев дивизий Народного Ополчения Москвы 1941 года)
Паршин И.А. Краткая история и боевой путь 60-й Севско-Варшавской Краснознамённой ордена Суворова стрелковой дивизии (бывшая 1-я дивизия Народного Ополчения Ленинского района Москвы): из опыта работы архива школьного музея
Лозовенко Л.И. Роль поисковой работы в создании и развитии школьного музея
Скопинцев И. Памяти бессмертного подвига (виртуальная экскурсия по местам формирования 8-й дивизии народного Ополчения Краснопресненского района Москвы)
Шалыгина В.В. «Давайте помянем их, ставших травою…»
Баранов А.В., Дрожжина А.Ю. Региональная общественная организация содействия сохранению памяти воинов 2-й стрелковой дивизии народного ополчения Сталинского района Москвы
Меликов И.В. Антология поэзии Московского Народного Ополчения: патриотический и эмоциональный аспекты
Стрельбицкий К.Б. Потомки столичных ополченцев 1941 года ждут добрых вестей от поисковиков Московского региона!
Краткие сведения об авторах
Указатель дивизий Московского Народного Ополчения, упомянутых в тексте сборника
Резолюция конференции".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 28 янв 2018, 12:34

"КРАТКИЕ СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Баранов Александр Вячеславович – Председатель Правления Региональной общественной организации содействия сохранению памяти воинов 2-й стрелковой дивизии Народного Ополчения Сталинского района Москвы, внук ополченца 2-й дивизии, Москва
Блинков Евгений Александрович – педагог, руководитель школьного музея боевой славы 2-й стрелковой дивизии народного ополчения Сталинского района Москвы ГБОУ СОШ № 1301 им.Е.Т.Гайдара, Москва
Воронин Анатолий Борисович – военный историк, член Исследовательской группы «Укрепрайон», Москва
Драхлер Александр Борисович - педагог-организатор, ГБОУ «Школа №293 имени А.Т.Твардовского», Москва
Дрожжина Анна Юрьевна – член Правления РОО содействия сохранению памяти воинов 2-й стрелковой дивизии Народного Ополчения Сталинского района Москвы, внучка ополченца 2-й дивизии, Москва
Каримов Владимир Иванович - генерал-майор, заведующий сектором истории народного ополчения Государственного музея обороны Москвы, Москва
Кислицын Алексей Владимирович – исследователь, представитель Международной ассоциации общественных поисковых движений в Германии, Рехлинхаузен (Германия)
Ковалёв Виктор Сергеевич – заместитель председателя Региональной общественной организации «Наследие Моссовета»
Красилова Екатерина Вадимовна - внучка ополченца 6-й дивизии Народного Ополчения Дзержинского района Москвы
Лозовенко Лидия Ивановна - преподаватель истории, заслуженный учитель РФ, создатель школьного музея "Орден в твоём доме", ГБОУ "Школа № 1288 им.Героя Советского Союза Н.В.Трояна, Москва
Лопуховский Лев Николаевич – профессор Академии военных наук, ветеран Великой Отечественной войны и воинской службы, полковник в отставке, Москва
Меликов Игорь Владимирович - сын ополченца 2-й дивизии Народного Ополчения Сталинского района Москвы
Милютин Александр Анатольевич - военный историк-исследователь, Москва
Михайлов Игорь Геннадьевич - заведующий «Усадьбой «Богородицкое» Музея-заповедника А.С. Грибоедова «Хмелита», Вязьма (Смоленская область)
Пархоменко Валентин Константинович - советник 1 класса в отставке, член комиссии по патриотической работе Совета ветеранов МИД России, Москва
Паршин Игорь Анатольевич - педагог-организатор, руководитель школьного Музея боевой славы 60-й Спасско-Варшавской Краснознамённой ордена Суворова стрелковой дивизии ГБОУ "Школа № 1561", Москва
Пятунина Екатерина Анатольевна – журналист, автор журналистского расследования спецпроекта газеты «Вечерняя Москва» «Акция «ВМ»: Трубачи. Ищем пропавший оркестр», Москва
Ромашова Ольга Вячеславовна – руководитель Инициативной группы по увековечиванию памяти 9-й дивизии Народного Ополчения Кировского района Москвы, Сергиев Посад (Московская область)
Рыхлова Валентин Николаевна - педагог-организатор, руководитель школьного музея "О времени, о школе, о себе" ГБОУ "Лицей №1535", Москва
Скопинцев Иван - член Молодежной Палаты Пресненского района Москвы
Стрельбицкий Константин Борисович – военный историк, краевед Измайлова, Москва
Цветкова Галина Яковлевна – журналист, краевед, Холм-Жирковский (Смоленская область)
Чикин Роман Сергеевич - Главный специалист управы района Ростокино, член Союза краеведов Ополья, Москва
Шалыгина Вера Владимировна – секретарь Совета ветеранов 8-й дивизии Народного ополчения Краснопресненского района Москвы, руководитель региональной детской общественной организации "Память сердца", Москва".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 28 янв 2018, 14:44

Текст обращения от оргкомитета конференции:

"Уважаемые читатели!
19 – 20 октября 2017 года в Москве состоялась межрегиональная научно-практическая конференция «Московское Народное Ополчение 1941 года: История. Подвиг. Память». Она была организована при поддержке Московской городской Думы рядом столичных общественных организаций: Региональной общественной организацией сохранения памяти воинов 2-й дивизии Народного Ополчения Сталинского района Москвы, Сообществом родственников ополченцев 13-й Ростокинской дивизии Народного Ополчения, Общественной организацией ветеранов войны и труда Министерства иностранных дел Российской Федерации, Фондом сохранения исторической памяти и поддержки патриотических инициатив «Мир ради жизни», Культурно-просветительской инициативой «Мой Город», а так же Государственным музеем обороны Москвы.
В конференции приняло участие около 300 гостей и участников из 6 субъектов Российской Федерации – из Москвы, Владимирской, Калужской, Московской, Смоленской и Тверской областей. За два дня работы конференции состоялось 3 пленарных заседания, на которых со своими докладами и сообщениями выступило более двух десятков человек. Тексты выступлений большинства из них помещены нами на страницах данного сборника материалов конференции. Так же в нём публикуется ряд материалов, представленных в рамках конференции в виде «стендовых докладов», заочно теми её участниками, которые по различным причинам не смогли принять в ней непосредственно личного участия.
Кроме пленарных заседаний, в ходе работы конференции было проведено 3 «круглых стола», на которых обсуждались проблемы по следующим тематикам: «О планировании работ поисковых отрядов столичного региона на местах боёв Московского Народного Ополчения 1941 года», «Законодательное регулирование вопросов, связанных с проведением поисковых работ, захоронением погибших в годы Великой Отечественной войны и увековечением их памяти», «Школьные музеи Воинской славы и вопросы патриотического воспитания школьников». Материалы этих «круглых столов» так же нашли своё отражение на страницах нынешнего сборника.
В целях унификации терминов в текстах, составивших сборник, нами повсеместно применяется историческое написание словосочетания «Московское Народное Ополчение» (все слова – с заглавной (строчной) буквы), а так же аббревиатура «ДНО» (сокращение от «дивизия Народного Ополчения»), перед которой цифрами указывается её порядковый номер, а после – в каком районе города Москвы она была сформирована.

Оргкомитет конференции
«Московское Народное Ополчение 1941 года: История. Подвиг. Память» ".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 28 янв 2018, 14:52

"УКАЗАТЕЛЬ ДИВИЗИЙ МОСКОВСКОГО НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ, УПОМЯНУТЫХ В ТЕКСТЕ СБОРНИКА
1-я ДНО Ленинского района
2-я ДНО Сталинского района
4-я ДНО Куйбышевского района
5-я ДНО Фрунзенского района
6-я ДНО Дзержинского района
7-я ДНО Бауманского района
8-я ДНО Краснопресненского района
9-я ДНО Кировского района
13-я ДНО Ростокинского района
17-я ДНО Москворецкого района
18-я ДНО Ленинградского района
21-я ДНО Киевского района
2-я Московская стрелковая ДНО
3-я Московская коммунистическая стрелковая ДНО
4-я Московская коммунистическая стрелковая ДНО
5-я Московская коммунистическая стрелковая ДНО ".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 28 янв 2018, 20:05

С разрешения авторов отдельных материалов сборника начинаю выкладывать в теме тексты их публикаций в нём:

"2017 © Ромашова О.В. (Сергиев Посад)

ЖИТЕЛИ ПОДМОСКОВЬЯ В РЯДАХ ДИВИЗИЙ МОСКОВСКОГО НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ: МЕТОДИКА ВОССТАНОВЛЕНИЯ ИМЁН НА ПРИМЕРЕ 9-Й ДИВИЗИИ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ КИРОВСКОГО РАЙОНА МОСКВЫ

Исследователь, занимающийся восстановлением списков личного состава дивизии Московского Народного Ополчения, рано или поздно неизбежно сталкивается с проблемой: где отыскать сведения о жителях Подмосковья, влившихся в московские дивизии?
Значительная часть каждой дивизии была сформирована из москвичей, проживавших или работавших в определенном районе (или районах) столицы. Если говорить о 9-й дивизии Народного Ополчения Кировского района Москвы, то это, в первую очередь, ополченцы собственно Кировского района, мобилизованные 5 – 7 и 22 июля (медсанбат), а также ополченцы Тимирязевского района Москвы, мобилизованные 17 июля.
Но кроме этого, к ним присоединились ополченцы из подмосковных районов. В 9-й ДНО появился так называемый «Подольский батальон», о котором до сих пор известно очень мало подробностей. Однако в военкомате города Подольска сохранилась тетрадь со списком вступивших в этот батальон – в ней перечислено 480 фамилий добровольцев.
Ещё один батальон (550 человек) был направлен в 9-ю ДНО сормированным из жителей города Загорска и Загорского района. В предисловии к 23-му тому Книги Памяти Московской области прямо указано, что «загорский батальон народного ополчения, включающий ополченцев Хотькова и Константинова, был направлен на формирование 8-й дивизии народного ополчения Краснопресненского района Москвы». Это утверждение кочует из книги в книгу о Московском Народном Ополчении, имея своим первоисточником, вероятно, хранящиеся в ИРИ РАН воспоминания политработника 23-го стрелкового полка 8-й ДНО Краснопресненского района М.И.Стишова (Стешева), который сообщил, что вместе с ним служил «политрук батареи 45 мм – Былинкин, директор Загорской средней школы». Он же уточняет, что в дивизии «были рабочие из Солнечногорска – их был целый батальон». Благодаря тому, что списки 8-й ДНО доступны в сети Интернет, не составляет труда изучить их и обнаружить, что в «Списке командного и политического состава батареи 45 мм ПТО» под №2 значится Белинкин Венис Михайлович, 1898 г.р., русский, член ВКП(б), служащий, гражданская специальность – педагог, политрук, прибывший из Солнечногорской средней школы №1 и проживавший ранее по адресу: Московская обл., г.Солнечногорск, ул.Почтовая, д.9. Никаких призывников из г.Загорска в рядах 8-й ДНО обнаружить не удалось, зато они легко находятся в базе ОБД «Мемориал» среди имеющих в качестве условного почтового адреса полевые почтовые станции (ППС) 527 (п/я 41) и 931, соответствующие 9-й ДНО.
В дальнейшем ряды дивизии вновь пополнялись жителями Подмосковья и соседних областей. Происходило это в середине - конце августа – это были, строго говоря, уже не ополченцы-добровольцы, а мобилизованные Постановлением ГКО № 495 граждане 1904 - 1895 г.р. Точных сведений об этих пополнениях, как правило, не имеется. Однако, благодаря обработке сведений, собранных в ОБД «Мемориал» при создании восстановленного списка воинов 9-й ДНО, удалось вычислить, что они призывались из следующих районов (по принадлежности к Московской области на 1941 г.): Боровского, Виноградовского, Воскресенского, Высоковского, Егорьевского, Истринского, Клинского, Краснополянского, Наро-Фоминского, Озёрского, Петушинского, Пушкинского, Ухтомского, Химкинского и Шатурского. Кроме того, в дивизию влились мобилизованные из Серебряно-Прудского и Тарусского районов Тульской области.
Таким образом, если в Москве самые многочисленные списки ушедших в народное ополчение следует искать в одном – двух объединённых военных комиссариатах (для 9-й ДНО – в Чертановском и Тимирязевском), то в Московской области сведения о призывниках хранятся в десятках райвоенкоматов, разбросанных по её разным концам.
С 2014 года в рамках проекта «Военкомат» была начата работа по поиску и копированию в архивах военкоматов Московской области алфавитных книг призыва, списков команд и других источников, способных содержать в себе сведения о воинах 9-й ДНО. К настоящему времени обработаны документы Сергиево-Посадского (ополченцы-добровольцы г. Загорска и Загорского района), Подольского и Наро-Фоминского РВК.
Поиск алфавитных книг либо списков команд, а также дальнейшая их сверка с уже существующим восстанавливаемым списком, дают поразительные результаты. Число известных воинов дивизии после добавления всех людей, призванных данным военкоматом, увеличивается в 2, 3 или даже в 4 раза. Так, выяснилось, что команды мобилизованных Наро-Фоминским РВК 30 и 31 августа 1941 г. были направлены в 26-й батальон, поступивший на пополнение 9-й ДНО. Из этого района в дивизию прибыло 437 человек, ранее нам удалось найти в ОБД только 118.
Попутно обнаруживаются и люди, отправленные в другие ополченческие дивизии. Например, призванные Загорским РВК 29 августа 1941 г. направлялись в 2-ю ДНО Сталинского района Москвы, а Клинским РВК 21 августа 1941 г. - попали в 6-ю ДНО Дзержинского района.
Работа по оцифровке документов призыва, хранящихся в военкоматах Подмосковья, в последние годы проводится и краеведами, и просто инициативными местными жителями, к примеру, при генеалогических поисках, когда исследователи не ограничиваются фотосъемкой лишь одного – двух нужных листов алфавитной книги, а фотографируют и выкладывают в общий доступ в сети Интернет всю книгу призыва.
В 2015 - 2016 годах краеведы г.Боровска совместно с местной администрацией обработали и издали списки призывников Боровского военкомата. В них удалось обнаружить и тех, кто был направлен в 9-ю ДНО. Это 3 команды: две, отправленные Боровским РВК до станции Наро-Фоминск в распоряжение Наро-Фоминского РВК 26.08.1941 (37 и 21 человек), и ещё одна команда, отправленная Боровским РВК в распоряжение Наро-Фоминского РВК 27.08.1941 (13 человек, начальник команды – политрук запаса Виноградов). Таким образом, в 9-й ДНО служил 71 человек из Боровского района (ранее в списке 9-й ДНО было всего 11 призывников из Боровска).
К сожалению, в алфавитных книгах призыва практически никогда прямо не указывается конечный пункт, двизиия, в которую направлены призывники. Встречаются приписки «В народное ополчение» (Загорский РВК) или то, что команда пересылается из одного военкомата в другой (например, из Щелковского в Мытищинский или из Химкнского в Клинский).
В качестве примера рассмотрим, как проводилась обработка документов призыва Клинского РВК. Там сохранилось 5 алфавитных книг (к сожалению, без указания места службы: только фамилия, имя и отчество, военно-учётная специальность и дата призыва). Сперва был проведен анализ уже имеющихся сведений о призывниках из этого РВК, попавших в 9-ю ДНО. В наш список уже входили призванные 27 и 28 августа, а также 21 августа (всего один, без указания части, но с номером полка «2» – а в 9-й ДНО клинские были, в основном, именно во 2-м полку). После проверки всех Ф.И.О., указанных в книгах РВК как призванных 27 - 28 августа 1941 г., по ОБД «Мемориал» выяснилось, что все призванные Клинским РВК 27-го числа попали в 9-ю ДНО. Призванные 28 августа 1941 года Клинским РВК попали не только в 9 ДНО, но и в другие части (видимо, в этот день было сформировано 2 или более команд). Итого в 9-ю ДНО из Клинского РВК было направлено 147 человек, и в нашем списке стало на 98 человек больше.
Таб. 1. Военкоматы, призывники из которых были направлены на доукомплектование 9-й ДНО (составлена по материалам восстановленного списка личного состава 9-й ДНО, опубликованного на Интернет-сайте 9dno.ru ).
РВК призыва Число ополченцев, найденных в ОБД «Мемориал» Число ополченцев в документах РВК
Виноградовский 35
Волоколамский 24
Воскресенский 15
Высоковский 15
Егорьевский 58
Загорский 170 550
Зарайский 3
Звенигородский 5
Истринский 21
Клинский 68 147
Коломенский 32
Красно-Пахорский 2
Луховицкий 12
Малинский 7
Наро-Форминский 87 437
Ново-Петровский 11
Ногинский 7
Озёрский 15
Павло-Посадский 13
Перовский 6
Пушкинский 109 233
Раменский 18
Реутовский 5
Серебряно-Прудский 8
Солнечногорский 6
Ухтомский 29
Химкинский 75
Шатурский 41
Щёлковский 17 61
Призывники из Подмосковья и ближайших областей составляли до половины личного состава дивизий Московского Народного Ополчения. Если бы во всех подмосковных военкоматах сохранились алфавитные книги призыва или списки команд, и исследователи, занимающиеся темой дивизий Московского Народного Ополчения, обработали бы их, то, возможно, тысячи имён воинов, погибших в 1941 году под Москвой, наконец, были бы возвращены из забвения".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 28 янв 2018, 21:00

"2017 © Пятунина Е.А. (Москва)

ЗАБЫТЫЕ ГЕРОИ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ: ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДУХОВОЙ ОРКЕСТР СОЮЗА ССР (ВОЗВРАЩЕНИЕ КУЛЬТУРНОЙ ПАМЯТИ ЧЕРЕЗ ИСТОРИЮ НЕИЗВЕСТНОГО ПОДВИГА – ОПЫТ ЖУРНАЛИСТСКОГО РАССЛЕДОВАНИЯ)

Шесть лет назад, в год 70-летия Обороны Москвы, благодаря спецпроекту газеты «Вечерняя Москва» «Акция «ВМ»: Ищем пропавший оркестр» была реанимирована память о явлении, которое мы сегодня можем уверенно назвать культурным достоянием нашей страны – о Государственном духовом оркестре Союза ССР – о первом, главном духовом оркестре Советского Союза, существовавшем с 1937 по 1941 годы.
В июле 1941 года музыканты оркестра добровольцами в составе 6-й дивизии Народного Ополчения Дзержинского района Москвы ушли на фронт с духовыми инструментами. Спустя 2 – 3 месяца они без вести пропали в «мясорубке Вяземского котла».
Подвиг артистов ГосДуха 70 лет оставался неизвестным. С гибелью музыкантов на 30 лет из нашей культуры исчезло само понятие «государственный духовой оркестр страны». Современный ГосДух РСФСР – ныне России – был создан в 1970-м году советским военным дирижером и композитором, генералом-майором Иваном Петровым и исчисляет свой возраст с этой даты.
Лишь семьи музыкантов знали, что первый главный духовой оркестр советского государства пропал без вести при обороне Москвы. Память об оркестре, как ярком культурном явлении своего времени, и подвиге музыкантов все эти годы хранили их жены и дети. Эта история увидела свет благодаря настойчивости ныне покойного Дмитрия Дмитриевича Ромашкова, сына тубиста ГосДуха Дмитрия Григорьевича Ромашкова.
Письмо в «Вечерку» Дмитрий Дмитриевич прислал в 2011 году. К посланию прилагалась фотография концертного снимка конца 1930-х годов. На нем – около ста музыкантов с духовыми инструментами, две арфистки, а за дирижерским пультом – создатель и художественный руководитель ГосДуха Владислав Блажевич. Также в письме лежали ксерокопии афиши и справки от Народного Комиссариата Обороны Союза ССР. В ней значилось: «Выдана Ромашкову Д.Г., в том, что он состоит в рядах Народного Ополчения третьего Стрелкового Полка 6-й Дзержинского района дивизии. Дана для представления по месту жительства». Это были доказательства существования оркестра и того, что отец-музыкант защищал Москву.
Когда папа ушел на фронт, Диме было 10 лет. Всю свою жизнь Дмитрий Дмитриевич пытался узнать о судьбе отца и его коллег. Осталась объемная переписка Дмитрия Ромашкова с чиновничьими структурами, демонстрирующая незнание и равнодушие к пропавшему оркестру-герою, ему отказывали в увековечении памяти коллектива.
Важно отметить, что в 90-е годы, с помощью «Вечерней Москвы» несколько раз публиковавшей концертный снимок и письма Дмитрия Ромашкова, рассказывающие об ушедшем в Московское Народное Ополчение Государственном духовом оркестре Союза ССР, ему удалось разыскать несколько семей музыкантов, тогда еще были живы даже некоторые жены. Выяснилось, что и они в поисках своих мужей и отцов столкнулись с тем же, что и он. Сохранилось письмо Дмитрия Ромашкова-младшего в «Вечернюю Москву» от 12 января 1996 года, где он приводит разговор с чиновником, занимавшем ответственный пост в Министерстве культуры РФ: «14 декабря 1995 года мне позвонил Главный эксперт Управления по делам музыкальных коллективов Министерства Культуры Российской Федерации г-н Ахрамков Владимир Петрович и популярно разъяснил мне, что Гос.дух.орк. СССР существует и сейчас, но только теперь он, естественно, называется Гос.дух.орк. РСФСР – всё очень просто! Г-н Ахрамков, вероятно, не обратил внимание на то, что этот замечательный коллектив в декабре отметил свой 25-летний Юбилей! … Если бы это был тот же оркестр, созданный в апреле 1937 г. профессором Блажевичем В.М., то весной 1995 года Гос.дух.орк. РФ исполнилось бы всего лишь 58 лет! … Г-н Ахрамков посетовал на то, что для установки памятной доски Оркестру, нужно специальное постановление и разрешение самого Мэра Москвы! В нашем же письме было написано «в помещении», а не «на здании» конц.зала, как извините, «передёрнул» г-н Гл.эксперт МК. Это уже давно сделали все уважающие себя, гос.организации, поместив почетные доски своим сотрудникам, погибшим в Вел. Отеч. Войне! А тут пропал целый Оркестр, который здесь, в филармонии работал, вступил всем составом в Ополчение, и ушел отсюда же на фронт! В конце нашего телефонного разговора, г-н Ахрамков В.П. обнадежил и успокоил меня, заверив, что передаст номер моего телефона в дирекцию Гос.дух.орк. РФ и кто-нибудь обязательно мне позвонит. Написав письмо в такую солидную государственную организацию, как Мин.Культуры РФ, мы, дети музыкантов-ополченцев, ожидали серьезного и толкового письменного ответа от компетентных и ответственных лиц, а нас просто-напросто классически «отфутболили»! Мы это уже проходили…».
Мы решили восстановить историческую справедливость и собрать максимум сведений о погибшем в боях коллективе – так началась акция «Поиск». Дмитрия Дмитриевича Ромашкова не стало буквально через две - три недели после выхода первого цикла публикаций, 30 октября 2011 года. С чувством выполненного сыновьего долга. Ему было за восемьдесят, и он сильно болел. Но говорил, что много лет держался «ради папы», памяти об оркестре и подвиге его музыкантов.
Начиная наше расследование, опираться приходилось на фрагментарные и противоречивые сведения – детские воспоминания очевидцев, четыре военных письма и скупые ответы из архивов. Мне удалось выстроить гипотезу, которая впоследствии подтвердилась архивными документами и музыкальными источниками. Познакомившись с биографией, творчеством и наследием Блажевича, отзывами современников, пообщавшись с преподавателями и профессурой Московской консерватории и внучкой Блажевича – Ириной Сергеевной Глуховцевой, ныне покойной, я сформулировала культурологические посылы о роли и значении Владислава Блажевича и его оркестра для нашего государства, с которыми в дальнейшем согласилось научное музыкальное сообщество.
В частности, выявились очень интересные, символичные для эпохи вещи. Главная из них заключается в том, что Государственный духовой оркестр Союза ССР был создан знаковой для духовой музыки фигурой, можно даже сказать – политической. Владислав Блажевич - «отец» русской духовой школы, советский композитор, профессор Московской консерватории, известный общественный деятель своего времени. Свой коллектив он собрал в 1937 году по заказу Советского Правительства. В оркестре изначально было порядка 100 человек, 91 – по числу инструментов – точно. Государственный оркестр Союза ССР был не просто оркестром, а эстетическим, художественным явлением. Артистов Блажевич отбирал лично из лучших музыкальных театров Москвы – Большого театра, Театра оперетты. Он пригласил ведущих духовых исполнителей. Можно с уверенностью сказать, что Государственный духовой оркестр Союза ССР на тот исторический момент являлся главным оркестром государства по возложенной на него идеологической нагрузке.
Именно духовая музыка после 1917-го года стала орудием политической агитации: оркестры загремели по всей стране – при заводах, клубах, на субботниках и демонстрациях – для поддержания революционных чувств советских граждан. Полководцы Фрунзе, Ворошилов, Буденный лично покровительствовали оркестрам Красной Армии. Блажевич подвел фундамент под пропаганду духовой музыки, написал самоучители для любительских и красноармейских оркестров. Он мгновенно откликался на все заметные события в СССР. Марш «Сталинский маршрут» написал в честь беспересадочного перелета советских летчиков Москва – Северный полюс – Северная Америка, а марш «На дрейфующей льдине» - в честь подвига челюскинцев. Был период, когда куранты на Спасской башне Кремля играли «Интернационал», а настраивал там эту мелодию Владислав Блажевич. Весь его опыт – педагогический, музыкальный, организаторский, личностный – был очень востребован в стране.
Государственный духовой оркестр Союза ССР, созданный за пять лет до начала Великой Отечественной войны, стал вершиной его творчества. Своим детищем Владислав Блажевич показал красоту и мощь духовой музыки, переложив более сотни симфонических произведений для исполнения на духовых инструментах.
ГосДух являлся камертоном, на который настраивались все духовые оркестры Советского Союза. Коллектив был популярен и много гастролировал по стране, его композиции звучали по радио. То, что он задавал тон всему духовому музыкальному искусству, внесло неоценимый вклад в моральную подготовку советских людей к Великой Отечественной войне. Таким образом, ГосДух стал эстетическим идеологом Победы. Когда началась война, музыканты оркестра показали личный пример героизма, в первых рядах вступив в Московское Народное Ополчение.
Владислав Блажевич оставил свое детище еще в 1939 году, устав от травли, устроенной «чиновниками от искусства». На тот момент он был пожилым и очень больным человеком. Оркестр он пережил всего на полгода – в апреле 1942 года Владислав Михайлович скончался от рака крови.
В 2012 году к поискам подключился на тот момент ведущий специалист Главного архивного управления города Москвы, журналист и писатель Валерий Богданов, который стал соавтором моего расследования, обеспечив документальное сопровождение. Валерий Богданов нашел документы, доказывающие, что черная полоса в жизни коллектива, закончившаяся гибелью музыкантов, была спровоцирована травлей чиновниками Блажевича.
Оркестр критиковал заместитель директора Государственных музыкальных коллективов некто Владимирский. В 1939 году Комитет по делам искусств и ЦК профсоюза Рабис (работников искусства) установил репетиционные рамки и регламентировал концертные выступления, что переполнило чашу терпения Блажевича.
Важно отметить, что все годы своего существования ГосДух держался на энтузиазме его создателя и музыкантов, которые, несмотря на то, что им подчас по несколько месяцев не платили зарплату, работали за счастье быть в коллективе Блажевича. Так, к концу 1938 года сумма долга «рабочим и служащим» духового оркестра, включая таких приглашенных именитых солистов, как Козловский и Барсов, составила 290 тысяч 843 рубля. Изначально у Государственного духового оркестра отсутствовало свое репетиционное помещение, не было средств на своевременную пошивку костюмов и приобретение инструментов.
После того, как Владислав Блажевич оставил оркестр, тот окончательно вошел в черную полосу. Достойного преемника не нашлось. Дирижерская палочка до марта 1940 года побывала у четырех худруков. Началась текучка. На январь 1941 года в ГосДухе числился 61 исполнитель. В архивных документах и литературе в период с 1939 по 1941 год почти нет сведений о деятельности ГосДуха.
С 1940 года дисциплина была ужесточена. За 20-минутное опоздание – суд, заканчивающийся трехмесячными «общественными работами» с 25-процентным изъятием зарплаты на государственные нужды. Были введены в жизнь музыкантов «лимиты», «нормы», «тарифы» и прочие санкции. Работникам творческого труда вводили заводские нормы и правила, невыносимые для их деятельности. С марта 1940 года «постоянным» худруком стал некий Л.Н.Чебученко – роковой персонаж в исчезновении коллектива. Трагедия ГосДуха – своего рода детектив военных лет, история одного предательства. Их расформировали в августе 1941 года, когда они были уже на фронте, благодаря «заботе» последнего художественного руководителя – Чебученко.
Кларнетист Константин Хомицкий писал жене Татьяне с рубежей Москвы 16 августа 1941 года: «…я послал домой посылку с моими вещами, с инструментом — на твое имя … Инструменты здесь оказались лишние. Так что их отправили в Москву, а мы получили более надежный инструмент — винтовку, и с ней будем идти на врага до полного его уничтожения. … Да, с нашим коллективом вышло очень нехорошо, за что благодарить нужно исключительно Чебученко, но это уж после войны. Пока мы его не видим. Если бы не его вмешательство, могло бы быть все иначе. Но теперь о нем писать считаю лишним».
Биографические сведения о Чебученко скудны: по свидетельству жен и детей музыкантов, он находился под Ельней в ополчении, но затем его следы обрываются.
Екатерина Красилова, внучка старшего политрука автороты 6-й ДНО Александра Григорьевича Красилова, передала мне найденный ей в архиве документ, проливающий свет на причины расформирования коллектива. Это «Документ комиссии по истории Отечественной войны. Стенограмма беседы с товарищами в Дзержинском райкоме партии 24-го декабря 1942 года». Вакуленко Прокофий Иванович, второй секретарь Дзержинского райкома, вспоминает о некоем «Чумаченко», в котором без труда, по ряду совпадений, можно узнать Чебученко. Он его представляет, как бывшего дирижера Государственного Большого театра, заслуженного деятеля искусств. Прокофий Вакуленко рассказал, что «Чумаченко» пришел в Дзержинский райком и «заявил, что он сам желает идти в ополчение и весь оркестр его желает (…): «Мы узнали, что в Дзержинском районе формируется дивизия. Предлагаем вам свои услуги». Он в течение двух – трех дней организовал три оркестра с полным набором инструментов. Его самого назначили на должность дивизионного капельмейстера. Оркестры были распределены по полкам. «Когда мы прибыли на фронт, Чумаченко отдал всех своих людей в музыкальный взвод, стал заниматься очень энергично обеспечением и обучением их. Его заметили как человека энергичного и назначили замкомандира полка по материальному обеспечению. До самых октябрьских боев я его видел в должности заместителя командира полка. Капельмейстер Большого государственного театра получил такое назначение. Но там им играть не пришлось. Они зашили свои музыкальные инструменты в чехлы и работали наравне с другими бойцами и учились», - засвидетельствовал Прокофий Вакуленко.
В этих воспоминаниях – подтверждение, что оркестранты единым порывом вступили в Народное Ополчение. Они шли именно как музвзвод, но но играть им не пришлось. Принимая к сведению письмо Константина Хомицкого, можно предположить, что сам же Чебученко, уже на фронте, предложил своих оркестрантов в качестве «окопников», и по его же инициативе оркестр расформировали. Так было уничтожено детище Блажевича. Главный Государственный духовой оркестр Союза ССР уже в августе 1941-го прекратил свое существование, а его музыканты спустя два - три месяца разделили участь всех защитников Москвы. Интересно, что сам Чебученко успел ретироваться с фронта до оккупации Вязьмы, бойко поднявшись по административной линии как предприимчивый организатор.
По словам родственников трубача Фомы Воеводина, вернувшегося после войны из немецкого плена, часть артистов оркестра все же в качестве концертной бригады гастролировала по фронту и попала в плен. Однако немногочисленные выжившие в плену оркестранты не смогли продолжить музыкальную карьеру уже в мирное время, когда для артистов высокого уровня, как для бывших пленных, не нашлось достойной работы.
В этом году оркестру Блажевича исполнилось бы 80 лет. К этой памятной дате восстановлены историческая справедливость и важная страница в культурной летописи нашей страны. Расследование получило большой резонанс. Буквально сразу же, в 2011 и в 2012 годах, в честь ГосДуха дали концерты современный Государственный духовой оркестр России под руководством профессора Владимира Чугреева, Государственное училище духового искусства и Московская городская детская музыкальная школа имени В.М.Блажевича под руководством профессора Владимира Лебусова. В Музее Московской консерватории теперь хранится увеличенная копия ставшей теперь знаменитой концертной фотографии оркестра конца 1930-х годов.
В 2012 году под Вязьмой на месте отступления 6-й ДНО, бывшим мэром города Александром Клименковым по следам публикаций в «Вечерке» был установлен памятный знак ГосДуху на народной мемориальной зоне Поле Памяти. Он очень простой: постамент, туба и каска – и несколько на тот момент установленных имен.
В 2014 году в центре Вязьмы на месте захоронения жертв немецкого пересыльного лагеря «Дулаг-184» Российское военно-историческое общество открыло мемориал погибшим военнопленным. Среди жертв «Дулаг-184» были и наши оркестранты. Благодаря поднятой теме исчезнувшего оркестра, удалось раскачать тему захоронений военнопленных в Вязьме, которая саботировалась десятилетиями местными чиновниками. Я, как автор расследования, по просьбе общественной организации «Вяземский мемориал», принимала участие во встрече вяземской администрации с руководством РВИО, где документально доказала наличие захоронений военнопленных в центре города. В апреле 2014 года РВИО, обследовав указанные места, подтвердило наличие останков.
Весной 2015 года Государственное училище духового искусства организовало историко-музыкальный фестиваль «Чтобы помнили…» в честь 70-летия Великой Победы, посвященный памяти Государственного духового оркестра Союза ССР и всех погибших на войне музыкантов. Студенты Государственного училища духового искусства и учащиеся Московской городской детской музыкальной школы имени В.М.Блажевича дали бесплатные концерты в Вязьме и Москве. В рамках фестиваля состоялись научные обсуждения и показы документальных фильмов о Вяземской катастрофе и жизни музыкальной интеллигенции в Великой Отечественной войне. Кульминацией проекта «Чтобы помнили…» стали научная конференция и круглый стол «В поисках забытого оркестра», которые прошли в Государственном училище духового искусства. В научной программе конференции и обсуждениях, посвященных Государственному духовому оркестру Союза ССР, приняли участие преподаватели и профессора Московской консерватории и Российской академии музыки имени Гнесиных, искусствоведы и музыковеды, духовые музыканты – народные и заслуженные артисты России. Старейшина духового музыкального сообщества, ныне покойный, Народный артист России, вице-президент Международного союза музыкальных деятелей Авангард Федотов тогда отметил, что восстановление памяти об уникальном культурном явлении – о Государственном духовом оркестре Союза ССР – очень важное дело, к которому необходимо привлечь все исследовательские силы. Народный артист России, профессор Московской консерватории Валерий Попов в свою очередь высказался о том, что в России не умеют ценить своих великих деятелей, и признание в своей стране приходит только с оглядкой на высокую оценку Запада. Именно такова судьба памяти о Владиславе Блажевиче. В нашей стране его величина явно недооценена, хотя мировое сообщество понимает значение Блажевича. По мнению Попова, с забвением такого явления, как Государственный духовой оркестр Союза ССР, была утрачена культурная преемственность, в том числе исполнительская. Духовое искусство сейчас переживает нелегкие времена.
Восстанавливая память об этом коллективе, необходимо говорить о самом оркестре Блажевича и тех удивительных музыкантах, что играли под его управлением, когда оркестр был на пике популярности и славы в 1937–1939 годах, перед началом войны. А также нужно узнать о его последних героях, решивших всем составом записаться в Московское Народное Ополчение.
Важно отметить, что все артисты Государственного духового оркестра Союза ССР, не только последнего его состава, но и предыдущих, оставившие коллектив ранее, тоже стали защитниками Отечества. К такому выводу пришел мой соавтор, Валерий Богданов, когда обнаружил имена из разных составов оркестра в списках московских ополченцев.
В заключение хочется сказать слова благодарности главному редактору «Вечерней Москвы» Александру Куприянову и его первому заместителю Алексею Белянчеву, которые не только поддержали меня с этой темой, но и увидели ее значимость и вывели в многолетний спецпроект".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 29 янв 2018, 17:45

Материал А.В.Кислицына "ИСПОЛЬЗОВАНИЕ НЕМЕЦКОЯЗЫЧНЫХ АРХИВНЫХ ДОКУМЕНТОВ ДЛЯ ВОССТАНОВЛЕНИЯ СОБЫТИЙ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ И ИСТОРИЧЕСКОГО ПОИСКА" ввиду своей важности выделен мной в отдельную тему - viewtopic.php?f=14&t=611
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 29 янв 2018, 19:03

"2017 © Красилова Е.В. (Москва)

ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ 6-Й ДИВИЗИИ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ ДЗЕРЖИНСКОГО РАЙОНА МОСКВЫ

В 1941 году, когда фашисты напали на нашу Родину, на борьбу с врагом поднялся весь народ. В традициях нашего народа, когда наступают трудные времена, проявлять патриотизм и инициативу, организовывать народное ополчение.
26 июня 1941 года, то есть на пятый день войны, на совещании в ЦК ВКП(б) в Кремле была отмечена необходимость привлечения на помощь Красной Армии широких народных масс.
В ночь на 2 июля 1941 года ЦК ВКП(б) провёл новое совещание, на котором присутствовали секретари МГК партии и всех райкомов столицы. На нём была одобрена идея организации Московского Народного Ополчения.
Второй секретарь Дзержинского райкома партии (в котором и была вскоре организована 6-я дивизия Народного Ополчения - 6-я ДНО) товарищ Вакуленко П.И. впоследствии вспоминал: «Что я особенно ярко помню? Это приезд с кремлевского совещания [1-го секретаря Дзержинского РК ВКП(б) Москвы] т.Ходорова и его рассказы о том, что они слышали от тов.Молотова. Я не могу утверждать, что он передавал слова т.Молотова или других членов правительства. Но, когда он рассказывал, он был чрезвычайно взволнован. Он рассказывал, что Москва поднимает народное ополчение, что они были на совещании в Кремле и получили там задание, что это будет народное ополчение, которое будет несколько напоминать народное ополчение, создававшееся при Минине и Пожарском, но это будут такие части, которые должны быть сформированы из лучших людей. Дивизии эти будут насыщены и снабжены лучшими видами вооружения, и это будет такая военная сила, которая должна стать лучшими дивизиями Красной Армии».
Тотчас же после совещания в ЦК ВКП(б) в Кремле, было проведено совещание Московского городского комитета партии под председательством первого секретаря МГК ВКП(б) А.С.Щербакова. На этом совещании были рассмотрены конкретные вопросы формирования частей Московского Народного Ополчения.
Было решено организовать формирование Московского Народного Ополчения по территориально-производственному принципу, поэтому случалось, что в ополчение Дзержинского района попадали жители и других районов столицы. Например, товарищ Вахмин А.А., железнодорожник, участник Гражданской войны, был прописан в Коминтерновском районе и состоял в нем на воинском учёте, а стал командиром взвода Отдельной саперной роты 6 ДНО Дзержинского района, по месту работы (он был заместителем директора МЭМИИТ).
К участию в формировании Московского Народного Ополчения привлекались районы не только самого города, но и Московской области. Столичные районы формировали ДНО в целом, а районы области создавали отдельные части и подразделения Народного Ополчения, которые штабом Московского военного округа направлялись либо на усиление столичных ДНО, либо в качестве боевого резерва в Действующую Армию.
Решением МГК ВКП(б) ответственность за формирование ДНО в районах была возложена на так называемые «чрезвычайные тройки». В Дзержинском районе в такую «тройку» вошли: первый секретарь РК партии П.И.Ходоров, председатель Райисполкома Н.М.Андрианов (вместо начальника районного отдела НКВД) и райвоенком М.Н.Сбитнев.
В поддержку этого начинания на предприятиях, в учреждениях и учебных заведениях города на следующий же день прошли многолюдные митинги и собрания.
3 июля в речи И.В. Сталина по радио люди услышали: «Трудящиеся Москвы и Ленинграда уже приступили к созданию многотысячного народного ополчения на поддержку Красной Армии. В каждом городе, которому угрожает опасность нашествия врага, мы должны создать такое народное ополчение, поднять на борьбу всех трудящихся, чтобы своей грудью защищать свою свободу, свою честь, свою Родину в нашей Отечественной войне с германским фашизмом».
В Дзержинском районе столицы (в границах того времени) формируется 6-я дивизия Народного Ополчения. Она пополняется так же батальонами добровольцев из Орехово-Зуева и Серпухова, а в конце августа – и из Дмитрова (Московская область).
Свой вклад в формирование Народного Ополчения внесли крупные и мелкие организации и предприятия Дзержинского района:
- Народные Комиссариаты Союза ССР – Иностранных дел, Внутренних дел и Танковой промышленности,
- ВУЗы – МИИТ, МЭМИИТ,
- клинические институты - МОКИ, МОТИ,
- заводы - «Борец», «Станколит», «Красный штамповщик», Завод твердых сплавов, «Красный металлист» и др.,
- фабрики – «Приводной ремень», «Детская Книга», фабрика № 2 «Союзутиль», чулочная фабрика № 3 имени Ногина, Парфюмерная фабрика № 3, мебельная фабрика, 1-я кроватная фабрика, 1-я обувная фабрика и др.,
- 40 артелей - льноткацкая, текстильная, «Красная Прядильщица», «Универсальная музыка», «Ювелир», «Труд и быт», «Лидия», «Арсенал», «Детская коляска», «Красный Партизан», «Шомпол», «Труд и Творчество» и др.
Почти 200 учреждений района послали в 6-я ДНО своих добровольцев, преимущественно рабочих.
Основная масса москвичей записывалась в ополчение непосредственно на митингах-собраниях или по окончании их. Списки всех ополченцев с заводов, фабрик и из учреждений немедленно поступали в райком партии.
Острый недостаток времени и средств не позволил обеспечить полноценный воинский учет ополченцев. Доходило до того, что многие райвоенкоматы даже не выясняли военно-учетные специальности добровольцев и их звания в запасе. Вначале в списках указывались только фамилия имя и отчество. Позже «тройка» предложила другую форму списка с более подробными сведениями о каждом ополченце, вплоть до указания домашнего адреса. Подобные списки составлялись в двух экземплярах. Один экземпляр оставался у «тройки», второй – поступал командованию дивизии. Затем всех ополченцев оформляли в райвоенкомате и выдавали каждому специальное удостоверение.
Газета «Московский большевик» 5 июля 1941 года опубликовала слова секретаря комитета ВЛКСМ завода «Борец» С.Марковой: «Никогда еще за все время существования завода «Борец» его молодежь не переживала такого высокого производственного и политического подъема, как в эти грозные дни».
Вот примеры вклада предприятий Дзержинского района в ополчение. Завод «Борец» послал в ополчение около 200 человек, из них была сформирована пулеметная рота. Люди, пришедшие из одного коллектива, как правило, хорошо знали друг друга, а поэтому чувствовали себя более сплоченными и уверенными. Завод Густава Листа (впоследствии - «Борец») возник еще в 1896 г на землях церкви Рождества в Бутырках. Там сначала изготавливали ручные пожарные насосы, затем было налажено производство поршневых и центробежных насосов, а в 1910 году заводом был выпущен первый российский компрессор. После революции в 1922 году завод получил новое имя «Компрессорный завод «Борец». У завода была своя футбольная команда, издавалась газета «Борец». В первые дни Великой Отечественной войны завод «Борец» начал выпускать мины крупного калибра, а затем и реактивные снаряды для «Катюш».
На Заводе твердых сплавов» только 10 человек не подали заявление в ополчение – это были старушки-гардеробщицы. Если бы всех рабочих отпустили в ополчение, то пришлось бы закрыть цех, остановить работу всего завода. Решили не привлекать женщин. Если у человека были какие-нибудь взыскания, то эти люди вычеркивались из списка. Затем «тройка» согласовывала вопрос о каждом рабочем. В результате этот завод послал в ополчение 97 человек, из которых была сформирована Отдельная самокатно-разведывательная рота. Её материальная часть – мотоциклы и велосипеды – была получена по мобилизации. Завод выдал некоторым ополченцам спецодежду военного образца, ботинки, для всех ополченцев завода сделали сумки для гранат, снабдили кружками и столовыми ложками. Комсомольцы приобрели для них записные книжки, конверты, зубные щетки и зубной порошок. Завод твёрдых сплавов был основан в 1936 году в результате реорганизации Завода редких элементов. В 1941 году он был частично эвакуирован на Урал, где выпускал оборонную продукцию.
В 1941 году 180 работников завода «Станколит» ушли в Народное Ополчение. «Станколит» снабдил своих добровольцев кружками, ложками, мешками для матрацев, бельем и шанцевым инструментом. «Станколит» - это чугунолитейный завод, пущенный в строй в 1934 году, входивший в объединение «Союзлитпром» и выпускавший чугунные отливки для станкостроительных заводов (около 7 тысяч наименований в год).
Завод «Красный штамповщик» изготовил своим ополченцам именные кружки, выдал металлические мыльницы, полотенца, портянки, а отдельным товарищам - обувь и одежду. До Великой Отечественной войны завод «Красный штамповщик» производил кухонную утварь, металлические товары народного потребления (ведра, бидоны, кружки, керосиновые лампы, ложки). В 1941 году исполком Моссовета обязал промышленность города произвести необходимое имущество для ополченцев, и завод «Красный штамповщик» изготовил до 60 тысяч котелков и 5 тысяч саперных лопаток.
Фабрика «Детская книга» послала в ополчение 88 человек.
Завод «Молмашстрой» обеспечил часть ополченцев обувью и одеждой, выдал котелки, а в целом для 6-я ДНО выделил 1,5 тысячи котелков.
Наркомат внутренних дел послал в ополчение более 300 человек. В Наркомате иностранных дел было подано более 200 заявлений. В 6-я ДНО было зачислено 163 сотрудника НКИД - треть штатного состава ведомства.
Из Управления кинофикации Мосгорисполкома, находившегося на территории Дзержинского района, в ополчение ушло 11 человек, из них двое – члены ВКП(б). Одним из них быд мой дед – Красилов Александр Григорьевич, состоявший в распоряжении командира 6 ДНО и пропавший без вести в октябре 1941 года…
Старейшим институтом района является Московский государственный университет путей сообщения (МИИТ). В ряды Народного Ополчения добровольно вступило 300 миитовцев, из них третью часть составляли преподаватели.
Приходили в 6-я ДНО добровольцы из Троллейбусного парка, было много людей и из различных других районных учреждений, например, из Дзержинского районного треста питания, школ Дзержинского РУНО.
Сборный пункт 6-я ДНО был размещен на территории Московского института инженеров транспорта имени Сталина по адресу: улица Бахметьевская, дом 15. Там же были дислоцированы штабы полков. Там, где в 1941 году был штаб формирующейся дивизии, у главного входа в здание МИИТ, ныне установлена мемориальная доска с надписью: «Здесь в суровые дни Великой Отечественной войны (июль 1941 г.) была сформирована Дивизия народного ополчения Дзержинского района г.Москвы, которая за воинскую доблесть, проявленную в боях с немецко-фашистскими захватчиками, была награждена правительственной наградой и получила почетное наименование Брестская стрелковая Краснознаменная дивизия».
4 июля Государственный Комитет Обороны принял постановление № 10 «О добровольной мобилизации трудящихся г. Москвы и Московской области в дивизии народного ополчения», которое определяло порядок формирования, вооружения и оснащения ополченских дивизий Москвы и правовое положение ополченцев.
Общее количество дзержинцев, вступивших в ополчение, доходило до 8400 человек. Членов ВКП(б) из района было более 1500 человек, не считая коммунистов и комсомольцев из батальона орехово-зуевцев. Но данные по ополченцам-дзержинцам есть только на 2637 человек: из 97 предприятий и учреждений района членов ВКП (б) – 245, кандидатов в члены партии – 28, членов ВЛКСМ – 84; рабочих – 1585 (из них свыше 400 человек – высококвалифицированные), по возрасту: до 18 лет – 250 челвк, от 18 до 36 лет – 846, от 36 до 50 – 1215, свыше 50 лет – 77.
В Москве отсева не было, никто не подавал заявлений об уходе, не роптал. Правда, люди не знали, куда они поедут, им говорили, что они будут обучаться под Москвой.
Наркомат Обороны смог выделить кадровых военнослужащих лишь среднего командного состава. Весь остальной командно-начальствующий и полностью политический состав отбирался их числа самих ополченцев, имевших опыт службы в армии или партийно-политической работы в гражданских организациях. С каждым, кто рекомендовался на ту или иную должность, проводились индивидуальные беседы.
Наиболее энергичное участие в формировании ДНО и укомплектовании их командными кадрами приняла Военная академия имени М.В.Фрунзе, которая уже 2 июля 1941 года направила на должности командиров и начальников штабов дивизий, командиров полков и начальников штабов полков 36 своих лучших профессоров, преподавателей, а также большое количество слушателей. Среди них были генерал Н.Дреер и полковник А.Шундеев, направленные в 6-я ДНО.
Первый из них принял командование дивизией. На одном совещании, когда его представляли секретарям парторганизаций, он объяснил, что, к большому сожалению, он немец, хотя он русский солдат, служил русской армии всю жизнь и отец его тоже. Он просил его называть Николай Михайлович. Начальником штаба 6-я ДНО был назначен полковник Шундеев. Когда дивизия была сформирована, комдив созвал совещание всех командиров, на котором объявил, что дивизия должна скоро выступить на фронт, пункта назначения не назвал, но только указал, что личный состав полков и всей дивизии является обученным, горит энтузиазмом разбить фашистов, которые вероломно напали на нашу Родину, и что он надеется, что на полях непосредственных сражений дивизия покажет себя, как равноценное войсковое соединение, наряду с остальными соединениями Красной Армии. Но за два до отбытия на фронт генерал Дреер был отозван из 6-я ДНО и назначен командиром 45-й кавалерийской дивизии, которую в сжатые сроки сам формирует в городе Ковров Владимирской области. Командиром 6-я ДНО стал её бывший начальник штаба полковник Шундеев А.И.
В командовании Московским Народным Ополчением наблюдалась некоторая неразбериха. Так, 8 июля 1941 года был получен приказ командира дивизии полковника Шундеева 6-я ДНО выступить в район Истры для обучения. Туда сразу же были высланы хозяйственники, отправлены несколько машин с продовольствием, но к этому моменту был получен новый приказ, отменяющий предыдущий.
10 июля 1941 года на улицах и площадях Дзержинского района Москвы продолжают проходить занятия ополченцев 6-я ДНО по строевой подготовке, изучению стрелкового и артиллерийского дела, материальной части, включая бутылки с горючей смесью.
В ночь с 11-е на 12-е 6-я ДНО выступила на фронт для выполнения специального задания по обороне Москвы на дальних подступах. Здесь нужно отдать должное руководителям райкома партии, которые сумели обеспечить транспорт для переброски дивизии. Военные говорили, что в такие сроки при самой тщательной отработке сняться и выехать не сможет даже кадровая часть, а 6-я ДНО снялась и выехала.
Неизвестно было, куда отправляют дивизию. Только командование знало, что дивизия идет в район Дорогобужа. Конкретные цели и задачи были не ясны: якобы дивизия идет туда обучаться, но возможно, что и строить оборонительную линию, но точной задачи тогда не ставилось. Это тоже был приказ командования.
Второй секретарь Дзержинского райкома партии Вакуленко П.И. вспоминал: «Мы хотели проводить дивизию торжественно, это желание было исключительное. Так как многие уже знали, что мы будем провожать дивизию, то весь народ наш вышел ее провожать. Когда в последний момент об этом сообщили в МГК, то нам это отсоветовали, но сдержать уже было невозможно. Вечером 11-го народ уже знал, поэтому на улицах стояли целые толпы. Выставлены были наряды милиции, которые наводили порядок. Настроение толпы было исключительно патриотическое. Там в большинстве были родственники, знакомые, друзья. Это прощание, провожание очень хорошее впечатление оставило».
Формирование ДНО Московского Народного Ополчения регламентировалось штатным расписанием, разработанным Штабом Московского военного округа. В соответствии с ним, в каждой дивизии должно было насчитываться 11.600 бойцов и командиров. В действительности к 11 июля, к моменту ухода на подмосковные рубежи в 6-й ДНО насчитывалось всего 7.456 (по другим данным – 8.150) человек.
В состав каждой дивизии, сформированной в июле 1941 года, как правило, входили три стрелковых полка, два артиллерийских дивизиона, саперная рота, рота связи, разведывательная рота, автотранспортная рота, а в 6-й ДНО была ещё и танковая рота.
Каждый район столицы стремился вооружить и обеспечить «свою» дивизию как можно лучше. Наиболее трудный вопрос был с вооружением. Начальником боепитания дивизии был назначен младший лейтенант запаса, заместитель директора МИИТа А.А.Бармашев, очень энергичный человек. Поэтому оружие дивизия получала почти каждый день и в большом количестве.
На одном из совещаний генерал-лейтенантом Артемьевем было предложено, что, если дивизия сама отремонтирует танкетки, то они их передадут в ее распоряжение. Был получен наряд на 21 танкетку типа Т-27. Обидно было, что вместо танков выделили танкетки. Однако делать нечего. В те дни страна ничего другого дать не могла. Да и танкетки в умелых руках могут оказаться грозным оружием в борьбе с врагом. Впоследствии так оно и оказалось. Осмотрев танкетки, стало понятно, что все они изношены до последней степени. Двигатели разукомплектованы, аккумуляторов вообще нет. Танкетки требовали капитального ремонта. Опять на помощь пришел секретарь райкома – он договорился с рабочими и руководством заводов «Борец» и «Красный металлист» о том, чтобы они произвели ремонт танкеток (без ремонта двигателей). 15 танкеток принял завод «Борец» и 6 - завод «Красный металлист». Моторы сняли и сдали на ремонт в автобазу НКВД. Танкетная рота ушла на фронт позднее. Она обучалась в парке на месте бывшего Лазаревского кладбища. Затем рота погрузилась в эшелоны, разгрузилась на станции Семлево и самоходом нашла свою дивизию. «Красный металлист» и «Борец» решили, что после ремонта танкеток заводы переключатся на восстановление боевых машин для фронта и, тем самым, рабочие непосредственно включатся во всенародное дело защиты страны.
Был еще один момент – надо было обеспечить дивизию настоящими полевыми кухнями. Их в Москве в это время не делали, даже чертежей не нашли. Товарищ Вакуленко выяснил, что на заводе «Красный Пролетарий» когда-то делали такие кухни и есть их чертежи, что на другом заводе имеются колеса и оси, а на заводе «Идеал» - готовые котлы для кухонь. Изготовление кухонь было поручено машиностроительному заводу «Красный металлист», который до войны производил башенные краны. Постройкой 6 кухонь был занят целый цех.
Ремонт танкеток и изготовление кухонь производилось тогда, когда 6-я ДНО уже выехала из Москвы, и они прибыли в дивизию в первых числах августа.
Второй секретарь Дзержинского райкома партии Вакуленко П.И. вспоминал: «Очень интересная одна деталь. По штату дивизии не положено было иметь оркестра, но у нас в районе есть дом работников искусства. Мы с директором этого дома уговорились, чтобы в каждом полку организовать оркестр. Сначала думали организовать один оркестр в дивизии, потом решили организовать оркестры в каждом полку… . Было организовано три оркестра с полным набором инструментов. Их всех одели в обмундирование, и они выстроили все три оркестра в МИИТе. Генерал вышел, вышел весь командный состав для того, чтобы принять эти оркестры. Они сыграли несколько вещей. Генерал их отблагодарил и тут же они были распределены по полкам. … Когда мы прибыли на фронт …, там им играть не пришлось. Они зашили свои музыкальные инструменты в чехлы и работали наравне с другими бойцами и учились».
30 июля 1941 года Приказом Ставки Верховного Командования на базе северного и южного участков Фронта резервных армий быд образован Резервный фронт. В состав его 24-й армии по окончании формирования была включена и 6-я ДНО. В соответствии с приказом Ставки ВГК она включалась в состав армии после ее пополнения.
Один из товарищей из НКИД (начальник политотдела дивизии Куроптев Л.М) написал на имя В.М. Молотова (он лично был знаком с ним) письмо, в котором описал проблемы с питанием и снабжением дивизии После этого письма в середине августа приехал представитель ставки военного командования генерал-майор Пронин. Пронин собрал совещание командиров, комиссаров частей и потребовал доложить об оснащении, экипировке и довольствии. Было доложено так, как есть. Он выслушал все, записал и уехал. В результате дивизия вошла в состав 24-й армии, получив отечественную артиллерию калибров 120 и 76 мм, новое вооружение и пополнение кадровым составом.
11 августа 1941 года в докладной записке начальника Главупраформа Красной Армии Е.А.Щаденко члену Государственного Комитета Оборона Л.П.Берии говорилось о том, что 4-я и 6-я ДНО, вошедшие в Резервный фронт, вооружены различными иностранными винтовками. Военный совет Резервного фронта просил заменить иностранные винтовки на отечественные, о чем уже имелось принципиальное решение И.В. Сталина.
12 августа в докладной записке того же начальника Е.А.Щаденко И.В. Сталину было сообщено о принятых мерах по телеграмме командующего Резервным фронтом Г.К.Жукова: начальнику Главного Артиллерийского Управления Красной Армии генерал-полковнику Н.Д. Яковлеву предложено заменить иностранные винтовки на русские в ближайшие дни. Командующему войсками Московского военного округа было поручено заменить необученных, больных и ненадежных ополченцев на проверенное и обученное пополнение - из участников войны с белофиннами и немцами - в каждую дивизию по 500 человек. Начальник Генштаба Б.М.Шапошников и главный интендант Красной Армии А.В.Хрулев предложили перевести дивизии ополчения на общее положение с дивизиями Красной Армии, с чем соглашался и Е.А. Щаденко.
Из политдонесения Политотдела 6-й ДНО политотделу 24-й армии: на 14.08.1941 года в 6-й ДНО имелось 7.014 человек личного состава, из них командно-начальствующего состава – 599, младшего начальствующего состава – 808, рядового состава – 5607, вооружение: винтовок – 6335 штук, станковых пулеметов – 208, ручных пулеметов – 62, пушек 76-мм – 4, револьверов – 149, гранат – 6715, патронов винтовочных – 1.301.497, патронов револьверных – 2.224.
26 августа в дивизию прибыло пополнение – 3750 рядовых, командиров и политработников, обмундированных и вооруженных. На 31 августа в составе дивизии насчитывалось 9.791 чел., в том числе командно-начальствующего состава - 405, младшего начальствующего состава – 1035, рядового состава – 8054. Из них членов ВКП(б) было 692 человек, кандидатов в члены партии - 135. Дивизия имела на вооружении: винтовок и карабинов – 7358, автоматических винтовок – 574, станковых пулеметов – 43, 76-мм пушек – 12, 120-мм минометов – 6, 82-мм минометов – 54, 50-мм минометов – 81, танков Т-27 – 20, автомашин: грузовых – 128, легковых – 9, специальных – 7, мотоциклов без пулеметов – 15, радиостанций – 26.
Контрудар советских войск в районе Ельни, начавшись в первой декаде августа, закончился в первой декаде сентября. Наступление армии замедлилось. Тогда было решено ввести в бой ополченцев, находившихся в резерве. 6-я ДНО, усиленная специальными частями и подразделениями, прорвала оборону противника севернее Ельни. Не имея сил и средств для развития наступления, войска армии перешли к активной обороне. 6-я ДНО обороняла западные подступы к Ельне.
6-го сентября Ельня была освобождена от немцев. До этого у дивизии были небольшие бои. Отборные части дивизии уничтожали крупные десантные отряды. Говорили, что это десанты с самолетов, но это были просто прорвавшиеся группировки немцев.
Дивизию ещё не считали полноценной боевой единицей, а задачи ей ставили уже довольно серьезные – занимать оборону второй полосы, когда первая линия отступает, то есть это значит вступать в бой.
В сентябре 1941 года все дивизии Московского Народного Ополчения были пеpeфоpмированы в кадровые воинские соединения, в связи с чем получили новые наименования и номера. В августе 1941 года в связи с реорганизацией структура дивизий подверглась изменениям: она включала в себя три стрелковых полка, один артиллерийский полк, зенитный дивизион, три батальона (саперный, связи, медико-санитарный), моторазведывательную роту, автороту подвоза, роту химзащиты и вспомогательные подразделения. Доукомплектование проводилось за счет призывников с территории Московского военного округа. Такая структура соответствовала штатам сокращенной стрелковой дивизии военного времени. В результате переформирования численность личного состава ополченческих дивизий увеличилась.
Согласно совершенно секретному приказу Оперативного управления Резервного фронта за № 00407 от 25.09.1941 6-я ДНО стала 160-й стрелковой дивизий. С 26 сентября по 3 октября она носила эту нумерацию. Позже выяснилось, что дивизии был дан номер, уже данный существующей с 1940 года 160-й «горьковской» дивизии, которая на тот момент воевала в составе Брянского фронта, однако считалась уничтоженной. Но «первоначальная» 160-я дивизия сумела выйти из окружения, сохранив знамя и, соответственно, номер. Бывшую 6-ю ДНО командующий 24-й армией называет 170-й стрелковой дивизией. Но ни в одном документе 24-й армии и Резервного фронта нет упоминаний о подразделениях дивизии именно с таким номером, а упоминается только «170сд». На самом деле, 170-й стрелковой дивизии не было уже ни в 24-й, ни в 43-й армиях Резервного фронта - она была расформирована ввиду малочисленности. Таким образом, получается, что 6-я ДНО упоминается в этот период и как 6-я, и как 160-я, и как, наконец, 170-я стрелковая дивизия. В документах эта дивизия упоминается не часто – она находилась «с удалением от переднего края 6 - 10 км», и частенько сведения о ней опускались или сообщалось кратко: «Занимает прежний рубеж обороны».
Из «Краткой боевой характеристики 160-й стрелковой дивизии», составленной штабом 33-й армии 23 апреля 1942 года: «По призыву т.Сталина о создании народного ополчения, начиная с 5 июля 1941 г., начала свое формирование 160 сд, которая называлась 6-я стрелковая дивизия народного ополчения (6-ая ДНО) Дзержинского района г.Москвы. Старший командный состав дивизии был из запаса, средний комсостав из школы лейтенантов. Личный состав состоял из трудящихся Дзержинского района: рабочих фабрик и заводов, научных работников учебных заведений, сотрудников НКВД и НКИД, деятелей искусства, работников печати и т.д. После боев за г.Ельня и взятия ряда населенных пунктов дивизия перешла к обороне. Противник со 2 по 5 октября перешел в наступление и фланговым ударом отрезал состав этой дивизии от тыла, части 160-й сд вынуждены были разрозниться, в результате чего дивизия как боевая единица перестала существовать. Часть командного состава и бойцов в количестве 68 человек составили костяк, на базе которого и была вновь сформирована 160-ая сд».
Большинство из ополченцев 6-я ДНО остались лежать на Смоленской земле. В донесениях о многих указано «Пропал без вести» - такова была официальная формулировка. Только они не пропали, они погибли – просто мы не знаем, где и когда… Район окружения продолжает скрывать свои тайны – до сих пор не найдены документы штабов окруженных армий, где-то в тайниках скрыты боевые знамена частей и другое военное имущество. Останки тысяч безымянных бойцов ожидают погребения, кого-то по-прежнему разыскивают родственники. Историкам сих пор не известно, сколько же полегло ополченцев под Москвой, но память о них должна жить. Это наша история.
Дивизии Московского Народного Ополчения сыграли важную роль в битве за Москву. Немцы не дошли до столицы в июле и не прорвались к Уралу к началу осени. Выстояв в 1941-м, мы победили в 1945-м.

Использованные источники и литература:
Архив ИРИ РАН. Ф.2.Раздел I. Оп.41. Дд. 28, 36, 37
Там же. Раздел IX. Оп.2 Дд. 8, 13
Шли на фронт добровольно. О народном ополчении языком документов. - Военно-исторический журнал. 1996. № 1.
Горов В.Я. И поднялся народ. М.1977.
Казанцев А.А. 170 стрелковая дивизия первого формирования. Боевой путь (июль — август 1941 г.) и тайна гибели. М. 2016
Колесник А.Д. Народное ополчение городов-героев. М. 1974.
Народное ополчение Москвы. Сост.: В. Кунецкий — М. 1961.
Ополчение на защите Москвы. Документы и материалы о формировании и боевых действиях Московского народного ополчения в июле 1941 – январе 1942 г. Сост.: Л. С. Беляева, В. И. Бушков, И. И. Кудрявцев. М. 1978".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 30 янв 2018, 20:39

"2017 © Скопинцев И. (Москва)

ПАМЯТИ БЕССМЕРТНОГО ПОДВИГА
(ВИРТУАЛЬНАЯ ЭКСКУРСИЯ ПО МЕСТАМ ФОРМИРОВАНИЯ 8-Й ДИВИЗИИ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ КРАСНОПРЕСНЕНСКОГО РАЙОНА МОСКВЫ)

Все дальше от нас Великая Отечественная Война, все меньше живых ее свидетелей – ветеранов. Как правильно рассказать о войне подрастающему поколению? Чтобы они помнили, чтобы чтили погибших, чтобы выросли и рассказали о войне своим детям? Подросткам трудно воспринимать информацию в виде сухих сведений и цифр, зато легко в виде увлекательных и одновременно поучительных историй, таких, как экскурсия по местам формирования 8-й ДНО Краснопресненского района. Такая экскурсия будет интересна людям разных возрастов, которые хотя бы немного интересуются историей своего района и любимой столицы.
Что такое ополчение? Это войсковой резерв из лиц, способных носить оружие, но не состоявших на действительной военной службе или вышедших, по возрасту, из запаса. Ополчения создавались и раньше. Крупное ополчение для борьбы с немецкими рыцарями собрал легендарный князь Александр Невский в середине 13 века в Новгороде. В начале 17 века в Нижнем Новгороде Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский созвали русских людей в народное ополчение для борьбы с польскими интервентами. В годы Отечественной войны 1812 года для борьбы с Наполеоном было выставлено не менее 400 тысяч ополченцев-ратников. Однако, создание народного ополчения в прошлом не может идти ни в какое сравнение с тем, что было в СССР в годы Великой Отечественной войны.
Решение о создании Московского Народного Ополчения с воодушевлением было воспринято жителями и трудящимися Краснопресненского района Москвы. В ополчение вступали рабочие заводов и фабрик Красной Пресни, студенты, аспиранты, преподаватели Московского государственного университета, Консерватории, геологоразведочного и юридического институтов, члены Союза писателей, артисты Театра Революции (ныне - Театр имени В.В.Маяковского), работники Союзмультфильма, вчерашние школьники.
Нашу экскурсию я хотел бы начать от Могилы Неизвестного солдата, над которой с 1967 года горит вечный огонь в память героев, погибших в годы Великой отечественной войны. Такими героями были и ополченцы 8-й ДНО Краснопресненского района. Военная история этой дивизии очень короткая: дивизия погибла за два дня – бойцам не хватало винтовок. Однако молодые ребята, мои ровесники, как и я - студенты, не имеющие боевого опыта, когда прорвались гитлеровцы, встали на пути врага живым щитом. Это был их единственный, первый и последний бой. 6 тысяч бойцов 8-й ДНО полегли под Ельней и Вязьмой, закрыв собой дорогу на Москву.
Подходим к старому зданию Московского университета на Моховой. Весть о вероломном нападении немецко-фашистских захватчиков вызвала в университетском коллективе, как и во всем советском народе, мощный патриотический подъем. После выступления В.М.Молотова по радио 22 июня 1941 года со всех концов Москвы и Подмосковья спешили студенты и преподаватели в университет, чтобы заявить о своей готовности встать на защиту Отечества. Студенчество Московского университета подкрепило свое слово практическими делами, активным участием на различных участках оборонной работы. В первую неделю на фронт ушли 138 биологов, 155 географов, 90 геологов, 163 историка, 213 математиков и механиков, 158 физиков, 148 философов – всего 1065 человек. 10 июля 1941 сформировалась 8-я ДНО Краснопресненского района, состоящая из четырех полков. Весь политический состав дивизии был укомплектован коммунистами Московского университета. Комиссарами полков, инструкторами были назначены аспиранты и преподаватели Московского университета. Артиллерийский полк этой дивизии можно было назвать университетским.
Далее наш маршрут проходит по Большой Никитской улице. Отойдя от дома 11 по Большой Никитской, где расположена памятная доска, вы сразу увидите здание консерватории, студенты и преподаватели которой также, как и студенты МГУ, Геологоразведочного института вступили в 8-ю ДНО. На втором этаже вы увидите несколько стендов, рассказывающих о местах формирования дивизии, боевом пути и подвиге ополчения. Тогда, из музыкантов, композиторов, студентов консерватории было сформировано подразделение, которому кто-то из консерваторцев дал название «Батальон имени Чайковского», и оно сразу прижилось. Командование не возражало, тем более что у музыкантов был собственный духовой оркестр, который очень помогал в торопливой подготовке ополченцев. В «музыкальный батальон» записались пианист Леонид Живов, руководитель оркестра народных инструментов Дмитрий Осипов, квартет имени Бетховена, композитор Александр Бертрам, певец Александр Окаёмов и другие. Добровольцами на фронт пытались уйти и выдающиеся музыканты с мировым именем – скрипач Давид Ойстрах и пианист Эмиль Гилельс. Но комиссар призыва отказал им и тем спас их от вероятной гибели: «Такие музыканты важнее пушечного мяса!». Люди самой мирной профессии горели желанием взять в руки оружие и идти защищать свою страну от врагов. Еще несколько дней назад они работали, учились, а сегодня готовы были в общем строю шагать по одной дороге. По дороге в бессмертие…Вы, наверное, читали повесть «Пропавшие без вести». В ней писатель С. Злобин рассказывает о мужестве студента консерватории органиста Вячеслава Зайца, который после выхода из окружения служил в 160-й стрелковой дивизии. Под Юхновом Вячеслав получил 13 осколочных ранений и попал в плен. В лагере «Цайтхайн» безнадежно больной Зайц чертил топографические карты, с огромным риском снабжая ими заключенных, решивших бежать. И мысль о том, что эта карта поможет товарищу, миновав посты и заставы, перейти фронт, чтобы вновь сражаться с фашизмом, поддерживала его в последние дни жизни. Еще трагичнее судьба двух друзей – Александра Ивановича Окаёмова и Геннадия Павловича Лузенина. Любителям музыки хорошо знакомы эти имена. До войны Лузенин был художественным руководителем хоровой капеллы Московской филармонии. Ну, а Окаёмова знала поистине вся страна - ведь красивый голос этого певца постоянно звучал по радио. Он был первым исполнителем песни Виктора Белого «Орленок». Они попали в плен с машиной ансамбля, после чего находились в Кричевском лагере смерти. Выйти за пределы лагеря им помогло решение гитлеровского командования создать для местного населения церковный хор из военнопленных. Лузенин с Окаёмовым использовали эту возможность для активной борьбы с фашистами. По доносу предателя в начале февраля 1943 года Лузенина и Окаёмова заключили в тюрьму, где несколько дней подвергали жестоким истязаниям, а потом расстреляли. И те, кто случайно оказался очевидцем казни, вспоминали, как избитый окровавленный человек перед казнью запел «Орленка».
Выйдя из Консерватории и не переходя на другую сторону улицы, мы подойдем к театру В.В.Маяковского, в 1941 году – Театр Революции. Когда началась война, артист этого Виктор Розов вместе с другими товарищами по сцене твердо решил, что его место на фронте. Нет, не во фронтовой концертной бригаде, а именно в солдатском строю. Поэтому и стал он бойцом орудийного расчета полковой батареи 8-й ДНО Краснопресненского района. Человеку на войне срок отпущен разный. Кому дни, кому часы, кому и минуты самого первого боя. Тем более что иной бой стоит месяцев фронта. С войны Розов вернулся инвалидом. День фронта, год госпиталя и надолго костыли. И вот тогда, едва ли не в самый трудный час своей жизни, Виктор Сергеевич берется за пьесу. Много позже эта драма под названием «Вечно живые» получит всемирное признание. Кстати, когда Краснопресненская дивизия покидала ночью Москву, какая-то женщина из толпы провожающих крикнула: «Возвращайтесь живыми!» Напутствие запомнилось. Этой репликой заканчивается первый акт пьесы «Вечно живые».
Продолжим наш путь по Большой Никитской улице, по ее нечетной стороне и, минут через 10 – 15 окажемся у Центрального дома Литераторов. Внутри здания можно увидеть памятную доску с именами поэтов и писателей, не вернувшихся с фронта. Есть среди них и ополченцы 8-й ДНО. Например, Ефим Зозуля, в 1941 году – главный редактор журнала «Огонек». Его хорошо помнит Вера Степановна Демина, санинструктор 22-го стрелкового полка, в состав которого входила писательская рота.
Следующим пунктом нашей экскурсии станет здание детского театра «Тик-Так» Московского зоопарка (бывшее здание школы № 96). На здании установлена доска, свидетельствующая о формировании здесь в 1941 году 975-го артиллерийского полка 8-й ДНО. Ее установил на собственные деньги ополченец дивизии, академик РАН Горимир Горимирович Черный – в 1941 году студент МГУ.
От улицы Красная Пресня пройдем мимо Киноцентра к улице Заморенова и через некоторое время приблизимся к зданию Московской Экономической школы, построенной на месте школы № 95, где, как и по перечисленным нами адресам шло формирование ополченческих подразделений Красной Пресни.
Ну а дальше пройдем по Звенигородскому шоссе и на пересечении со 2-ой Звенигородской улицы еще раз вспомним В.С.Розова и снятый по его сценарию фильм «Летят журавли», до сих пор являющимся единственным фильмом нашей страны, удостоенным главного приза Каннского кинофестиваля. Из воспоминаний В.С. Розова: «Когда я писал в сценарии «Летят журавли» сцену проводов Бориса, я помнил как провожали меня со 2-й Звенигородской улицы 10 июля 1941 года. Краснопресненская дивизия народного ополчения лавой плыла по ночным темным московским улицам. По краям тротуаров стояли люди, и я услышал женский голос, благословлявший нас в путь: «Возвращайтесь живыми!» Эту реплику я в неприкосновенности отдал бабушке в пьесе «Вечно живые». Она заканчивает первый акт драмы».
Повернем на Стрельбищенский переулок. Здесь в доме № 14 находилась школа № 83, где формировались части 8-й ДНО, а сейчас стоит гранитный памятник, установленный в 1976 году, к 35-летию Битвы за Москву по проекту ополченца 8-й ДНО Ю.Н.Воскресенского.
Нельзя не вспомнить и адрес на Шелепихе - бывшая школа № 105, расположенная по адресу: Мукомольный проезд, дом 9. Черная мраморная доска сообщит нам о том, что и отсюда уходили на фронт ополченцы Красной Пресни.
Завершить экскурсию рекомендую на Ваганьковском кладбище. Рядом с колумбарием вы обязательно найдете могилу ополченца В.С.Розова и вспомните его слова из книги «Прикосновение к войне»: «Красива земля! Красива, и когда ходишь по ней, и когда смотришь на нее сверху, и когда бродишь в ее недрах. А я бывал и в шахтах, и в пещерах, и в каньонах. Видел я землю и страшную – истощенную и растрескавшуюся от сухости, отстающую лепетнями, как кожа на обветренных, пепельных, воспаленных губах, и черную, сожженную и наполненную кровью. Я думал, что выражение «кровь лилась рекой» - это только поэтическая вольность, эффектная метафора. А когда на Смоленской дороге в октябре 1941 года нашу Краснопресненскую дивизию, окруженную врагами, потерявшую почти все оружие, сбившуюся в плотную кучу все туже и туже, стали расстреливать из пулеметов, минометов, автоматов, когда нас стали, как разваренную картошку, толочь толкушкой, я полз в придорожной канаве через трупы, и мой ватник набух от крови густо и тяжело. И поэтическое выражение в своей реальности выглядит нехорошо, даже кощунственно. Кощунственно оттого, что поэтически оно красиво».
Было бы непростительно не упомянуть о еще одном назначении представляемого проекта, который является еще и своеобразным учебным пособием. Да, необычным, непривычным, но, тем не менее, пособием, к которому могут обратиться, готовя уроки или внешкольные мероприятия, и учителя в школах, и начинающие экскурсоводы, и просто старшеклассники.
В годы Великой Отечественной войны в Москве было сформировано 16 дивизий Народного Ополчения. В бронзе, граните и мраморе обелисков, мемориальных досок, стел, в названиях улиц увековечена память славных воинов-ополченцев, ставших гордостью нашего народа, поэтому материалы об исторических местах формирования дивизий народного ополчения могут быть собраны в общем проекте, посвященном Московскому Народному Ополчению 1941 года".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 30 янв 2018, 20:41

"2017 © Баранов А.В., Дрожжина А.Ю. (Москва)

РЕГИОНАЛЬНАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СОДЕЙСТВИЯ СОХРАНЕНИЮ ПАМЯТИ ВОИНОВ 2-Й СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ СТАЛИНСКОГО РАЙОНА МОСКВЫ

«Когда меня спрашивают, что больше всего
я отличаю из военных действий, я отвечаю: битву за Москву…
… Выражая глубокую благодарность
всем участникам битвы, оставшимся в живых,
я склоняю голову перед светлой памятью тех,
кто стоял насмерть, но не пропустил врага
к сердцу нашей Родины, столице, городу-герою Москве.
Мы все в неоплатном долгу перед ними»
Г.К.Жуков

Региональная общественная организация содействия сохранению памяти воинов 2-й стрелковой дивизии народного ополчения Сталинского района Москвы была создана в феврале 2013 года. Членами организации являются потомки воинов 2-й дивизии, историки, краеведы и другие неравнодушные люди, кому дорога память о добровольцах-ополченцах 1941 года. В настоящее время в организацию входит более 200 семей ополченцев.
Объединяющим началом для создания общественной организации послужил Музей 2-й дивизии народного ополчения, расположенный в школе № 434 на улице Благуша, дом 6 (ныне – ГБОУ Школа №1301). Школьный музей был основан учительницей русского языка и литературы Евтеевой З.С. и ее учениками в конце 1960-х годов. Совместно с ветеранами Великой Отечественной войны школьники провели большую работу по сбору материалов об истории дивизии: выезжали на места боев в Смоленскую область, обращались на предприятия, откуда уходили ополченцы в июле 1941 г., разыскивали документы в семейных архивах, организовывали встречи с ветеранами и потомками ополченцев, записывали их воспоминания. Так были заложены фонды музея.
Время безжалостно: ветераны уходят от нас и их место занимают дети, внуки, а теперь уже – и правнуки тех, кто защищал наш родной город в 1941 году. На смену ветеранам дивизии пришли потомки ополченцев. Мы гордимся подвигом наших предков, отстоявших Москву в грозные годы Великой Отечественной войны. Именно поэтому мы объединились. Главной целью нашей организации является сохранение памяти о московских народных ополченцах 1941 года.
Основные задачи, которые решает наша организация сейчас, это издание Книги памяти дивизии, в которой мы хотим рассказать об истории формирования и боевом пути 2-й ДНО Сталинского района Москвы, представить биографии воинов дивизии и их фотографии. Это – большой и кропотливый труд, ведь в архиве ЦАМО РФ не сохранилось фонда 2-й дивизии, нет журналов ее боевых действий, в военкоматах Москвы и Московской области, добровольцами и призывниками которой пополнялись московские дивизии народного ополчения, нет единых списков ополченцев.
Для сбора необходимой информации наша общественная организация обратилась к архивам:
- ЦАМО (фондам фронтов и армий), ЦА ОПИМ, ЦГА Москвы, РГВА, РГАСПИ;
- NARA (США), хранящим военные документы Вермахта;
- предприятий бывшего Сталинского и Коминтерновского районов, где работали ополченцы 2-й дивизии;
- бывших Сталинского и Коминтерновского военкоматов Москвы, военкоматов Балашихинского, Реутовского, Клинского, Загорского, Серпуховского районов Московской области, Боровского района Калужской области, Петушинского района Владимирской области, в которых формировались пополнения для 2-й дивизии;
- к семейным архивам потомков ополченцев.
На сегодняшний день восстановлено более 9.000 фамилий ополченцев, по крупицам пишутся их биографии, собрано более 500 их фотопортретов. Благодаря найденным в архивах документам, письмам и воспоминаниям ополченцев стали яснее особенности формирования дивизии, ее участие в строительстве Можайской линии обороны, боевые действия в Вяземской оборонительной операции со 2 по 12 октября 1941 г.
Второй задачей нашей организации мы считаем создание Парка памяти защитников Москвы «Вязьма. Октябрь 1941» у села Богородицкое Вяземского района Смоленской области рядом с мемориалом Памяти воинов Западного и Резервного фронтов «Богородицкое поле». Парк с именными деревьями в память о погибших и без вести пропавших воинах будет посажен на том самом месте, где 11 - 12 октября 1941 года 2-я ДНО на несколько часов прорвала кольцо Вяземского окружения, выполнив приказ командования. В этом бою были убиты, пропали без вести, попали в плен наши родные - воины-ополченцы. Парк станет символом мужества и героического самопожертвования москвичей-ополченцев и всех, кто сражался в окружении под Вязьмой в октябре 1941 года, задержав ценой своих жизней наступление фашистских захватчиков на Москву и, тем самым, дав возможность советскому командованию подтянуть свежие силы для защиты столицы.
Парк памяти защитников Москвы «Вязьма. Октябрь 1941» был заложен в октябре 2016 года, в год 75-летия Битвы за Москву по инициативе нашей организации и при поддержке Совета депутатов и администрации Вяземского района. Парк расположен недалеко от стелы 2-й дивизии Народного Ополчения Сталинского района Москвы и 200-го морского артиллерийского дивизиона, которая была установлена в 1993 году по инициативе ветеранов дивизии. В настоящее время разработана концепция парка, предусматривающая зрительное объединение стелы и территории парка, ведется работа по оформлению разрешительных документов.
В 2016 году наша организация выступила инициатором проведения конференции «Московские дивизии народного ополчения в Вяземской оборонительной операции октября 1941 г.» в городе Вязьме. Члены организации участвовали с докладами в конференции «Шагнувшие в бессмертие» (г.Клин), в «круглых столах» «История Московского ополчения» (г.Пушкино, Московская обл.), «Москва и москвичи в дни битвы за столицу» (ГМОМ, г.Москва), «75-я годовщина Битвы под Москвой» (г.Балашиха). С нашим участием организованы выставки «Московская армия народного ополчения», «Подвиг и трагедия 2-й Сталинской» (музей «Богородицкое поле», село Богородицкое, Вяземский район), «2-я дивизия народного ополчения» (поселок воинской славы «Трудовая Северная», Московская область). Выпущена «Книга Памяти Измайловского рабочего городка имени Баумана 1941–1945», вышли статьи в журнале «Вертикаль» (корпоративное издание АО «НПЦ Газотурбиностроения «Салют», г.Москва), газетах «Восточный округ» (ВАО г.Москва), «Вяземский Вестник» (г.Вязьма).
В 2017 году члены нашей организации приняли активное участие как в инициировании, так и в подготовке научно-практической конференции «Московское народное ополчение 1941 года: История. Подвиг. Память», выступили с докладами на научно-практической конференции «Судьба солдата: методика и практика архивных исследований» (ИАИ РГГУ, г.Москва), подготовили и издали брошюры «2-я стрелковая дивизия в Московской битве. Хроника фактов и событий», «2-я стрелковая дивизия. Политсостав дивизии. Документы и факты» и Книга Памяти «Измайлово – Народному Ополчению Москвы 1941 года», провели уроки мужества в школах Балашихи и Реутова (Московская область), где в июле 1941 г. был сформирован батальон ополченцев, пополнивший один из полков 2-й дивизии.
Вот уже 4-й год 11 октября мы ездим в село Богородицкое под Вязьму. Именно в этот день в 1941 году здесь была осуществлена попытка прорыва Вяземского кольца окружения. Во главе удара командование окруженной группы войск Красной Армии поставило 2-ю стрелковую дивизию (2-ю ДНО Сталинского района Москвы). В 16 часов был дан сигнал к атаке, и дивизия пошла на прорыв. Приказ дивизия выполнила, вражеское кольцо окружения разомкнула, но к утру следующего дня немецкие танковые части вновь захлопнули капкан. Выйти из окружения смогли немногие. Именно в этом бою погибли, пропали без вести или попали в плен наши родные. В память о тех тяжелых октябрьских днях 1941 года, когда на дальних подступах решалась судьба нашего родного города Москвы, 11 октября в 16 часов на Богородицком поле проходит акция «Время помнить». Звучит сигнал к атаке, звуки артиллерийской подготовки, крики «Ура!», а затем под музыку песни Марка Бернеса «Журавли» в небо взлетают белые шары – как символы душ тех солдат, кто остался лежать здесь на поле боя.
В этом году во время поездки для участия в акции «Время помнить» мы передали в Спасо-Богородицкий монастырь в селе Всеволодкино Вяземского района Смоленской области Книгу памяти с фамилиями более 9 тысяч ополченцев нашей дивизии для поминовения воинов. Монастырь строится в том месте, куда прорывались войска из Вяземского кольца окружения, куда прорывалась 2-я дивизия.
Для настоящего и будущих поколений москвичей, которые должны знать и помнить, какой ценой была завоевана свобода их родного города, наша организация продолжает свою работу по сохранению памяти о подвиге народных ополченцев Москвы".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 31 янв 2018, 19:07

"2017 © Меликов И.В. (Москва)

АНТОЛОГИЯ ПОЭЗИИ МОСКОВСКОГО ОПОЛЧЕНИЯ:
ПАТРИОТИЧЕСКИЙ И ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТЫ

«Ополчение, где ты?
Отзовись!..»

Память об ополченцах 1941 года и их подвиге сохраняется последующими поколениями – их потомками, родственниками, односельчанами, ветеранами боевых действий, поисковыми отрядами, местной администрацией и общественными организациями. Она выражается возведением больших мемориалов, городских скульптур, памятных знаков и досок, маленьких сельских памятников не вернувшимся с войны, организацией центральных и местных музеев, созданием посвящённых ополченцам произведений искусства, литературы, поэзии.
Нечасто бывает так, что стихи не только затрагивают судьбу одной, отдельно взятой дивизии Народного Ополчения, но и всего ополченского движения жителей Москвы и Подмосковья.
Один из таких поэтических сборников - «Память», небольшого объёма и тиража, вышел в Москве летом 2016 года, накануне памятной даты - 75-летия начала формирования дивизий Московского Народного Ополчения. Автор стихов – Аркадий Эйдельштейн, один из зачинателей поискового ополченческого движения в 80-е годы прошлого века, сын пропавшего без вести в октябре 1941 г. в боях под Вязьмой ополченца 2-й ДНО Сталинского района Москвы Эйдельштейна Зямы Ароновича. В своих пронзительных стихах автор стремился не только показать героизм ополченцев в борьбе с врагом, но на эмоциональном уровне пытался пролить свет на рождение ополченческой дивизии своего отца, её жизнь, смерть, забвение. И главное - способствовать возрождению памяти о ней и её бойцах-ополченцах. Издание сборника «Память» было осуществлено автором настоящего сообщения по прямому поручению А.З.Эйдельштейна при финансовой помощи семьи, друзей поэта и ряда заинтересованных читателей, художественное оформление сборника выполнил В.А.Белов.
В Израиле, где А.З.Эйдельштейн находился на лечении, также был издан вариант такого сборника, а его автор был удостоен звания Лауреата конкурса на историко-литературное произведение о воинском подвиге в годы Второй мировой войны и награждён Дипломом Фонда увековечения еврейского героизма, учреждённого Союзом воинов и партизан – инвалидов войны с нацистами, за 2016 – 2017 годы. К великой скорби, автор стихов ушёл из жизни в мае 2017 года, успев всё-таки увидеть напечатанным свой труд и порадоваться прижизненному изданию своих стихов, получив признание как российских, так и израильских читателей.
Опыт, накопленный в результате проведения ряда презентаций сборника «Память», публикация сведений о его издании в средствах массовой информации, печатных и электронных, выступления на конференциях и круглых столах, дарственное распространение его музеям, библиотекам, школам, среди потомков ополченцев, поисковиков и просто читателей, которым близка патриотическая направленность стихов о Великой Отечественной войне, показал несомненный интерес читателей разного возраста к поэтическому восприятию истории подвига ополчения. Свидетельством этому являются, в частности, благодарственные письма, полученные издателем этого патриотического сборника стихов, например, от Центрального музея Великой Отечественной войны на Поклонной горе и от Централизованной библиотечной системы г.Балашихи Московской области, а также некоторые публикации в местной прессе Москвы и Владимирской области.
За годы, прошедшие с момента начала войны, в литературе накопился огромный пласт стихотворных произведений, написанных в период боёв, в послевоенное и последующее время, изданы авторские собрания сочинений, тематические сборники, в том числе – произведений павших на фронтах войны поэтов. Так что настоящая антология ополчения не является исключением и в полной мере продолжает эту уже установившуюся традицию.
Тема и содержание настоящего сообщения развивают начатую ранее работу по сбору, анализу и представлению на суд читателей источников поэтического отражения героической и трагической судьбы московских ополченцев 1941 года. В сборник вошли произведения, как известных поэтов, так и поэтов «самодеятельных», известных до поры до времени узкому кругу друзей-читателей. Можно сказать, что одна из целей, которую преследовал автор-составитель сборника, и состояла в нахождении новых поэтических имён, своим творчеством способствующих развитию темы памяти об ополченцах.
Все вошедшие в антологию произведения отличает патриотическая направленность и эмоциональное выражение чувств по отношению к субъекту поэтического творчества – воинам-ополченцам. Конечно, некоторые стихи поэтов-любителей могут быть подвергнуты критике профессионалами за те или иные погрешности поэтического плана, но именно такие стихи, порой, несут в себе наибольший эмоциональный настрой, ибо написаны, как крик души конкретного живого человека, откликающегося на близкую его сердцу проблему. Ведь даже одним или несколькими стихами можно оставить заметный след в поэтическом многообразии, подобно молодым, погибшим на войне, поэтам.
Настоящая антология предназначена широкому кругу читателей, интересующихся ополченческой тематикой, и может быть полезна в процессе патриотического воспитания подрастающего поколения старшего школьного возраста. Сборник не претендует на завершённость по представленному авторскому составу поэтов и охвату их творческого багажа. Он мог бы, в случае издания его в том или ином виде, впоследствии пополняться произведениями, которые по обратной связи читатели присылали бы составителю, тем самым способствуя развитию и совершенствованию данной антологии.
Условно произведения, вошедшие в настоящую антологию, можно объединить по следующим направлениям в соответствии с жизненной судьбой или творческой направленностью (привязанностью) авторов:
1. Стихи ополченцев - участников Великой Отечественной войны
Основное место здесь занимают произведения поэтов-бойцов «писательской роты» и других подразделений 8-й ДНО Краснопресненского района, но представлены также поэты-ополченцы, вошедшие в другие, часто пока ещё не определённые при составлении сборника, дивизии. Большую помощь в поиске поэтов-ополченцев оказали как публикация Бориса Рунина с именами писателей-однополчан, так и восстановленный волонтёрами и опубликованный в Интернете полный список писательской роты и других подразделений 8-й ДНО, в которых среди ополченцев были члены Союза писателей.
В антологию включены произведения, написанные погибшими поэтами-ополченцами в довоенную и военную пору, будучи более или менее известными в поэтической среде. Представлены и авторы, начавшие свой боевой путь в ополчении, которым удалось выжить, выйти из окружений осени 1941 года и в своём творчестве в различные периоды их военной и послевоенной жизни отразить тему ополчения. У кого-то из них были впоследствии выпущены собрания сочинений, а кто-то успел, уйдя в ополчение со студенческой скамьи, прежде, чем погибнуть в начале своей поэтической жизни, заявить о себе несколькими публикациями, пополнив, по выражению Василя Быкова «поколение убитых».
В этом разделе, наряду с небольшой аннотацией о жизни, приведены примеры поэтического творчества поэтов-ополченцев, порой забытых или мало известных: Афанасьев В.Н., Васильев С.А., Глинка Г.А., Гудзенко С.П., Железнов П.И., Зельдин Я.М., Катаева В.И., Кулик Л.А., Кушниров А.Д., Маркиш П.Д., Мищенко Л.Г., Молчанов И.Н., Незнамов П.В., Орлова К., Островой С.Г., Пошеманский Ю.М., Пулькин И.И., Росин С.И., Сизых К.М., Стрельченко В.К.
2. Стихи потомков ополченцев – память семьи
В этом разделе приводятся стихи, написанные людьми, чья судьба непосредственно связана семейными отношениями с ополченцами – сыновьями/дочерьми, внуками/внучками ополченцев. Здесь, прежде всего, следует отметить подборку стихов А.З.Эйдельштейна - сына ополченца 2-й ДНО, вошедших в вышеупомянутый сборник «Память», а также стихи, присланные/переданные мне авторами или опубликованные на Интернет-сайтах организаций, ведущих работу по розыску участников ополчения той или иной дивизии и сохранению памяти о них – авторы Сумароков А.Б. (2-я ДНО), Постникова А., Рахманов А.С. (9-я ДНО), Саморокова Т. (13-я ДНО), Гаврилов А.В., Обновленский Б. (17-я ДНО).
3. Посвящения московским ополченцам и Московской битве
Эта тема получила достойное внимание поэтов разных поколений. Приведены стихи некоторых из них – Беседин П.В., Гусев В., Дмитриев О., Добронравов Н.Н., Долматовский Е., Кожейкин А., Мешалкин В., Овчинников С.Е., Окуджава Б.Ш.
4. Память поколений
В этом разделе помещены стихи, написанные, в основном, в последние годы и посвящённые сохранению памяти о павших ополченцах и воинах других дивизий во время Московской битвы осени 1941 года. Представлены произведения следующих авторов: Агутин Л., Ваганов Ю., Гусев А., Друнина Ю., Дудин М., Здраевский Д., Ивакин А., Измайлов В., Корнева Л.Г., Корнеева Д., Ларченков А., Найк Т., Новосёлов Н., Пахомов В., Поляков Ю., Пуртов А., Рождественский Р., Светлов М., Симонов К., Слуцкий Б., Шаулов Е.
5. Память о павших без вести
Отдельным строем стоят стихи, написанные поисковиками по впечатлениям и раздумьям о своей поисковой работе на полях былых сражений Московской битвы. Пытаясь проследить боевой путь земляков, ушедших в Московское Народное Ополчение, они каждый год весной и осенью уходят в экспедиции по местам одной из самых кровопролитных трагедий Великой Отечественной под Вязьмой и Ржевом, Калугой и Ельней, стараясь найти материальные свидетельства былых сражений, найти святые останки бойцов, проверить на месте сведения, которые удалось выявить в архивах, почерпнуть из воспоминаний участников сражений.
Все эти поисковики, люди уже состоявшиеся, из года в год, оставляя семью и работу – кто в Москве, кто в Подмосковье, ездят в тщательно готовящиеся экспедиции (10 – 12 дней, с металлоискателем, среди топей и комаров), тратя своё время и средства, чтобы восстановить историческую и человеческую справедливость. Пока такие поисковики ходят в экспедиции, остаётся надежда, что ни один погибший за Родину солдат не останется не преданным земле со всеми полагающимися почестями.
Но о павших без вести писали не только они, тема волновала и именитых поэтов. Представлены произведения следующих авторов: Аруцев Ю.И., Белкин С., Вайншенкер Л., Васильев А., Горбовский Г., Долматовский Е., Здраевский Д., Курильский, Мешалкин В., Михайлов И.Г., Наровчатов С., Светлов М., Симонов К.М., Слуцкий Б., Твардовский А., Тесаев А., Шишлина А., Шульга В.Ю., Эмин Г.
Представленные в антологии поэты с гражданских и патриотических позиций эмоционально откликаются на актуальную и поныне тему сохранения памяти о московских ополченцах. Не отпускает война ветеранов. Рядом с ними уже состарившиеся за прошедшие годы дети военного поколения - дети не вернувшихся домой отцов, и нынешнее поколение молодых россиян, по возрасту уже правнуков ополченцев. «Нет, не вычеркнуть войну. Ведь она для поколенья нечто вроде искупленья за себя и за страну» - пожалуй, лучше поэта Давида Самойлова, участника Великой Отечественной, не скажешь. В полной мере эти слова относятся и к ополченческому движению 1941 года.
Общество ещё остаётся в неоплатном долгу перед не вернувшимися с войны полками и дивизиями Народного Ополчения, перед всеми павшими без вести бойцами-ополченцами. Это находит своё выражение и в развитии самодеятельного поискового движения на местах боёв, и в установке памятных знаков погибшим ополченцам, и в поэтическом отражении героических и трагических событий осени 1941 года. Пафос «романтической» жертвенности поступков ополченцев перерастает в осмысление обществом и поэтами трагичности человеческих судеб и необходимости привлечения и поэтических средств самовыражения для сохранения памяти. Привлечению внимания общественности к делу сохранения памяти об ополченцах, несомненно, способствует настоящая конференция.
Опыт доведения до читателей поэзии ополчения на примере изданного в год 75-летия Московской битвы сборника стихов «Память» Аркадия Эйдельштейна, а также проведения творческой встречи, посвященной поэзии московского ополчения в рамках культурно-просветительской инициативы «Мой город», показал заинтересованный отклик читателей разных поколений и готовность к поэтическому восприятию темы ополчения и сохранению памяти об ополченцах.
Некоторые из представленных в антологии стихов уже сейчас используются в процессе школьного обучения и внеклассной работы с учениками разного возраста. При этом эмоциональное восприятие детьми тематического содержания стихов способствует их психологическому развитию и стремлению к активному участию в мероприятиях патриотической направленности. Примером тому может служить детская организация «Память сердца» под руководством В.В. Шалыгиной".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 05 фев 2018, 15:24

"2017 © Пархоменко В.К. (Москва)

ОПОЛЧЕНЦЫ НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СОЮЗА ССР В 6-Й ДИВИЗИИ НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ ДЗЕРЖИНСКОГО РАЙОНА МОСКВЫ

В выступлении И.В.Сталина 3 июля 1941 года была изложена программа мобилизации и напряжения всех сил страны на борьбу и победу над смертельным врагом. Программа была разработана и утверждена руководством СССР 29 июня 1941г. В речи руководителя партии и советского государства был высказан призыв к организации ополчения народа в помощь Красной Армии, как это уже начали делать москвичи и ленинградцы, не ожидая указания сверху.
Нарком В.М.Молотов и партком Наркомата иностранных дел СССР всю работу по мобилизации добровольцев НКИД провели за трое суток. Из общей штатной численности 641 человек в ополчение записались 176 сотрудников. Cобрания проводились по отделам и подразделениям. Некоторые отделы записывались поголовно. 5 июля 1941 года все заявившие о себе добровольцы уже были в актовом зале Наркомата. На общем собрании трудового коллектива руководство Наркомата, парткома и сами ополченцы выступили с речами. На следующий день все они с семьями колонной двинулись на сборный пункт дивизии, который находился в здании Московского института инженеров транспорта (МИИТ). Не все из них прошли медицинскую комиссию. Несколько человек отсеялись по разным причинам. В результате многолетних архивных разысканий, которые проводила поначалу по заданию парткома Министерства иностранных дел СССР участница Великой Отечественной войны Н.Я.Большева, а в последние годы ветераны Министерства А.И.Петренко и Г.Н.Лазуткин, мы пришли к цифре 156 человек, как к точной численности июльского контингента ополченцев НКИД, воевавших в рядах 6-й дивизии Народного Ополчения Дзержинского района Москвы в октябре 1941 года. Ещё 27 человек стали добровольцами рабочего батальона, который осенью 1941-го был включён в 3-ю Московскую коммунистическую стрелковую дивизию. Таким образом, по имеющимся у нас на сегодняшний день сведениям, общее число ополченцев 1941 года из НКИД составляет 185 человек. Помимо записавшихся в 6-ю ДНО и вступивших в коммунистические батальоны, ополченцами стали ещё два дипломата. Первый из них – это старый большевик, бывший полпред СССР в Литве, Финляндии и Чехословакии Сергей Сергеевич Александровский, который ушёл рядовым в 9-ю ДНО Фрунзенского района, попал в плен, бежал и воевал в партизанском отряде имени Н.А.Щорса. Ополченцем стал и бывший сотрудник советского диппредставительства в Германии Павел Петрович Лелякин, который вступил в Народное Ополчение после возвращения персонала нашего посольства в Москву, войну он закончил старшим лейтенантом, а посмле её окончания вновь вернулся в МИД.
Среди ополченцев НКИД было немало молодых и среднего возраста дипломатов, в том числе – весь выпуск 1941 года Высшей дипломатической школы (нынешней Дипломатической академии). Дипломатические кадры практически поголовно были членами партии. Общая численность ведомства тогда была не большой. Поэтому около половины ополченцев НКИД составили рабочие и служащие производственных, хозяйственных и вспомогательных учреждений. Ополченцы-дипломаты довоенного Наркомата проработали в ведомстве лишь несколько лет, в массе своей – с 1939 года. Они приходили с производства, из сельского хозяйства, с партийной работы, из научных учреждений. Почти у всех за плечами был опыт участия в массовых политических и производственных кампаниях, у многих – участия в Гражданской войне. Это были высокомотивированные люди, твердо знавшие, что они идут в бой за правое дело, уверенные в мощи страны и в полной победе над врагом. Приведу только один пример. Советник Средневосточного отдела Николай Григорьевич Чепурко, 32 лет, вырос в Туркестане (нынешний Узбекистан). Семья его родителей была многодетной – пять сыновей и две дочери. Он рано стал сиротой и проявил исключительное трудолюбие, чтобы добиться успеха в жизни. Достаточно сказать, что Чепурко освоил шесть иностранных языков. Поступил в аспирантуру, написал и защитил диссертацию. Уже работал заведующим кафедрой экономической географии Института Госплана в Ленинграде, когда был принят в 1939 году на работу в НКИД.
Как и всех московских ополченцев, добровольцев Наркоминдела объединяло высокое чувство долга, патриотизм, любовь к Отечеству, что не позволяло даже тем из них, кто не подлежал призыву, отсиживаться в тылу, и побуждало уйти на фронт. В первые месяцы Великой Отечественной войны – в самый тяжёлый и непредсказуемый для судеб страны период – эти сотрудники Наркомата, многие из которых имели семьи, малых детей, на первое место в жизни поставили защиту своей социалистической Родины. Выходцы в основном из рабочих и крестьян, коммунисты и беспартийные, они вкладывали в это понятие всё лучшее, что было связано с довоенной жизнью страны, своей семьи и детей, с новым справедливым обществом, которое, они верили, будет построено. Переполненные лютой ненавистью к вторгнувшемуся на их родную землю врагу, добровольцы из НКИД знали, что идут на фронт за правое дело и потому не сомневались в конечной победе. Точно найденные слова в первом заявлении советского правительства в связи с началом войны, в обращении к народу 22 июня 1941 года - «Наше дело правое, враг будет разбит, Победа будет за нами!» - были им, как и миллионам советских людей, ясны и понятны.
Среди ополченцев-дипломатов было немало перспективных, в том числе и занимавших ответственные посты cотрудников. Возможно, что многих из них ожидала блестящая дипломатическая карьера, но они сделали свой выбор без раздумий, отдав свои жизни ради жизни будущих поколений. Уникальность по тем временам высокого уровня их подготовленности –научной, житейской, партийно-организационный – сразу же поставила целую группу ополченцев из НКИД на видное место в системе управления дивизией. Многие из них стали политруками, комиссарами, а имевшие опыт военной службы – и командирами подразделений. После формирования, которое в основном закончилось 7 июля, дивизия получила наименование 6-я ДНО. Ее численность составила более 7000 человек. Командиром дивизии при ее формировании стал генерал-майор Н.М.Дрейер, а после его назначения в 45-ю кавалерийскую дивизию командование 6-й ДНО принял бывший преподаватель Академии им. М.В.Фрунзе полковник А.И.Шундеев. Начальником штаба у него был полковник М.В. Лебедев. Кратковременная боевая подготовка дивизии длилась несколько дней. В ходе подготовки бойцы обучались навыкам обращения с винтовками, пулеметами, гранатами, бутылками с зажигательной смесью. Ввиду необходимости строительства и освоения мощного оборонительного рубежа на дальних подступах к Москве, Военный совет Московского военного округа дал указание о выводе всех дивизий Народного Ополчения в полевые лагеря на Ржевско-Вяземской линии обороны.
Поздним вечером 11 июля 6-я ДНО двинулась в сторону фронта в направлении Смоленска. Днем ополченцы миновали города Вязьма, Дорогобуж и к вечеру 12 июля прибыли в район села Озерище, где части дивизии приступили к строительству второй линии обороны на участке Дорогобуж – Ельня. Одновременно продолжалось обучение личного состава ведению боевых действий.
16 июля немцы заняли Ельню и стали продвигаться далее на восток, в результате чего дивизия оказалась в прифронтовой полосе. Константин Симонов, который во время войны был фронтовым корреспондентом, так описывает свою встречу c 6-й ДНО 23 июля 1941 года на Cмоленщине: «В следующей деревне мы встретили части одной из московских ополченских дивизий, кажется, шестой. Помню, что они тогда произвели на меня тяжелое впечатление. В последствии я понял, что эти скороспелые июльские дивизии были в те дни брошены на затычку, чтобы бросить сюда хоть что-нибудь и этой ценой сохранить и не растрясти по частям тот фронт резервных армий, который в ожидании следующего удара немцев готовился восточнее, ближе к Москве, и в этом был свой расчёт». Вскоре он узнал, что встретившаяся ему на марше ополченская дивизия «буквально через два дня была брошена на помощь 100-й и участвовала в боях под Ельней».
Реальная история 6-й ДНО, однако, несколько отличается от той, которая приведена в рассказе военного корреспондента К.М. Симонова. В действительности дивизия вступила в военные действия не через два дня, а спустя три недели. До этого командование не торопилось выводить ее из второго эшелона обороны. Однако днем 16 августа на участке 120-й дивизии была задействована наиболее дееспособная 5-я рота 6-й ДНО. Командовал этой ротой участник русско-японской, Первой мировой и Гражданской войн Фёдор Михайлович Орлов, который, несмотря на солидный возраст (в то время ему было 64 года) и 24 боевых ранения, настоял перед комиссией на том, чтобы его записали в ополченцы. Перед ротой была поставлена задача – выбить противника из деревни Алексеевка. Свою боевую задачу рота выполнила, деревню освободила, но в строю остались лишь пять человек, в их числе и сам Ф.М.Орлов, будущий командир 6-й ДНО.
В середине августа 6-я ДНО была выведена из подчинения Московского военного округа и включена в состав 24-й армии образованного на Ржевско-Вяземском рубеже Резервного фронта под командованием генерала армии Г.К.Жукова. Тогда же ополченцам были выданы шинели, советские винтовки взамен трофейных польских и ручные гранаты. 20 августа в торжественной обстановке дивизии вручили Боевое Знамя с надписью «6-я Дивизия Народного Ополчения Дзержинского района г.Москвы», а ее личный состав принял военную присягу на верность Родине.
В начавшейся 30 августа наступательной Ельнинской операции участвовало 10 дивизий 24-й армии, в том числе - 6-я НО. И хотя дивизия находилась во втором эшелоне, ее отдельные части и подразделения, как было отмечено выше, выполняли важные боевые задачи. Вместе с бойцами регулярных частей Красной Армии они мужественно сражались с рвущимся к Москве врагом, подавая при этом пример отваги и героизма, бились не на жизнь, а на смерть, c верой в победу. Одним из таких героев-добровольцев был смертельно раненый под Ельней бывший заместитель начальника отдела кадров НКИД политрук И.И.Звонов, который, как писала в эти дни красноармейская газета фронта «Боевой товарищ», «ведя подразделение в атаку, находился впереди и, будучи дважды раненым, не покинул поле боя». В последнем своём, коротком письме жене и дочери в августе 1941 г. он писал: «Бои идут жестокие. Уверен - мы победим. Ну, а если кто-то из нас погибнет – Родина, Партия, Наркомат вас в беде не оставят».
Решением Народного Комиссариата Обороны от 19 сентября 1941 г. 6-я ДНО была включена в кадровый состав Красной Армии и стала именоваться 160-й стрелковой дивизией. Находясь в окопах и готовясь к грядущему генеральному сражению за Москву, бойцы и командиры 160-й дивизии из числа добровольцев Наркоминдела были настроены оптимистически. И хотя ельнинская земля вскоре разделила многих из них на живых и мёртвых, но никто из ополченцев в тот грозный час не думал, чем кончатся для него предстоящие бои. Каждый всем своим существом сознавал: cквозь ливни свинца и бомбовых ударов, в рукопашных схватках необходимо будет сделать первый шаг к нашей конечной победе. О силе духа и глубоком патриотизме свидетельствуют их письма, которые были посланы родным и близким в августе - сентябре 1941 г. «Я живу неплохо, - сообщил своей семье по прибытию на фронт заместитель начальника учебного отдела Управления кадров НКИД М.М. Бутков. – Товарищи у меня хорошие, большинство – из Наркомата, и снабжение хорошее. Все товарищи, я в том числе, рвемся в бой, c тем, чтобы покончить с этой гадиной». Гордость за сына, который в свои неполные 17 лет еще не подлежал призыву, но, тем не менее, ушёл добровольцем в войска НКВД, переполняла, видимо, накануне будущих боев мысли и чувства заместителя директора Военно-дипломатической школы, бывшего красного конника кавалерийской бригады Котовского Г.Г.Мерцалова: «Не все отцы с несовершеннолетними детьми пошли в армию, а мы с сыном уже служим, - писал он жене. - Пусть он честно уничтожает врагов внутри страны, а я здесь буду уничтожать по старой привычке, Гражданская война научила. Ты почаще рассказывай ему о том, что ждёт от него Родина, каким он должен быть. Насколько я знаю – он не трус. Если поедет на фронт, то пусть помнит, что побеждает тот, кто храбр, настойчив и находчив, кому дорога Родина». Оптимистичными как по содержанию, так и по общему тону были письма с фронта инструктора Политотдела дивизии, бывшего стажера 1-го Европейского отдела НКИД Я.Н.Толкачева. Так в своём письме от 18 сентября 1941 года он сообщал: «Наши дела идут неплохо. Работать приходится много, но для пользы нашего общего дела не жаль сил. Все силы и старания на дело укрепления страны, на разгром ненавистного врага... Враг-зверь должен получить по заслугам, и мы должны отомстить ему за все жертвы... Трудно вам описать те зверства, которые он творит с нашим населением на занятой территории. Так послужим Матери-Родине до полной победы над врагом!". Первые успехи Красной Армии в боях с немецко-фашистскими захватчиками под Ельней воодушевляли добровольцев НКИД. Увиденное ими на освобожденной от гитлеровцев территории Смоленщины вызывало справедливое возмущение и священное чувство мести к ненавистному врагу за творимое им насилие. Погибший в декабре 1941 г. в контрнаступлении под Москвой политагитатор полка, уже упоминавшийся выше Н.Г.Чепурко в письме жене от 12 сентября писал: «Вместе со всей страной радуюсь захвату нашими города Ельня на Западном фронте... На днях моя часть вошла в один из крупных населенных пунктов, отбитых у немцев. Перед глазами предстала ужасная картина разрушений, грабежа и произвола, но это является общей чертой поведения фашистов». Веря в неминуемую победу над гитлеровской Германией, в очередном письме своей супруге, 28 сентября он писал: «На нашем направлении, как и на всех других, Красная Армия наносит врагу сокрушительные удары. Скоро, скоро фашистская гадина будет окончательно уничтожена». Столь же непоколебимой была вера в силу Красной Армии и в нашу победу и у бывшего стажера Протокольного отдела НКИД Ф.В.Иващенко, политрука роты, писавшего жене 15 сентября 1941 г.: «Вот когда разгромим эту фашистскую банду, вторгнувшуюся на нашу священную землю, тогда снова заживем и забудем все невзгоды, вызванные войной. А что мы разгромим этих гитлеровских людоедов, в этом не может быть никакого сомнения, потому что уже лучшие дивизии противника нашли себе могилу на нашей земле, а оставшиеся силы противника тоже будут разгромлены. Сила и мощь Красной Армии с каждым днем растет, а сила и мощь противника под ударами нашей Красной Армии с каждым днём уменьшается». Предчувствием и ожиданием будущей схватки с ненавистным врагом проникнуты и письма стажера 2-го Европейского отдела НКИД П.Я.Воробьёва. В августе 1941 г. он писал родным: «...Находимся мы в Смоленской области, недалеко от линии фронта, слышна даже стрельба артиллерии. Не исключена возможность, что и нам придется вступить в бой». Стараясь морально поддержать оставшуюся в тылу жену, он далее писал: «... Надо полагать, что война будет затяжной. И еще нам много предстоит трудностей, которые надо преодолевать, и я рад, что ты не упала духом, а стоически переносишь все трудности». Дипломаты и сотрудники НКИД, добровольно ушедшие на фронт, чтобы с оружием в руках защищать Родину и оградить Москву от немецко-фашистских полчищ, готовились к боям на передовой, будучи убежденными, как об этом свидетельствуют письма командира роты связи, бывшего помощника Генерального секретаря НКИД И.В.Климова, не только в победе над гитлеровской Германией, но и в своей профессиональной востребованности в будущей, послевоенной мирной жизни советского народа. В письме от 6 сентября 1941 г. он писал жене: «Мы ещё нужны нашему государству, и недалек тот день, когда эта фашистская сволочь будет уничтожена, будет стерта с лица земли, и мы опять перейдем на наш мирный труд, на созидание ценностей человечеству...».
В конце сентября – начале октября немецкие войска, сосредоточившись восточнее Смоленска для проведения генерального наступления на Москву (Операция «Тайфун»), нанесли сильные удары по позициям Красной Армии. Все три ее фронта – Западный, Резервный и Брянский - , прикрывавшие Московское направление, вступили в тяжелое кровопролитное сражение. Началась великая Московская битва, в начале которой противнику удалось прорвать оборону советских войск и окружить 19-ю, 20-ю, 24-ю и 32-ю армии в районе Вязьмы. Вяземская оборонительная операция 1941 года явилась началом срыва октябрьского наступления немецко-фашистских захватчиков на Москву. В сложной обстановке октября 1941г. оказавшиеся в окружение под Вязьмой советские воины проявили беспримерное мужество в борьбе с врагом, на две недели сковав десятки дивизий противника. Входившая в состав окруженной 24-й армии 160-я стрелковая дивизия вступила в начале октября в ожесточенные бои, в ходе которых смертью храбрых пали многие из ее воинов-ополченцев. Вынужденная отступить под усилившимся давлением немецко-фашистских частей, 5 октября дивизия оказалась в критическом положении, когда противнику удалось перерезать пути ее снабжения боеприпасами, продовольствием, фуражом. Была частично нарушена связь между штабом дивизии и большинством ее частей и подразделений. Остро ощущалась нехватка горючего. Противник контролировал пути отхода, создав местное окружение. К вечеру 6 октября 24-я армия, истекая кровью, вела жестокие бои, а 160-я дивизия потеряла большинство своего состава полков, которые полегли на обороняемых рубежах за Ельней. Продолжали сопротивление лишь небольшие группы - остатки полков, объединившихся вокруг штабов своих дивизий. Последнее донесение командира 24-ой армии генерал-майора К.И.Прокудина командующему Резервным фронтом датировано 7 октября 1941 года: «Части 24-й армии, ведя ожесточённые бои в полосе обороны, окружены, атакованы с фронта и флангов». В первой половине дня 9 октября крупные фашистские части преградили путь движения войск 24-й армии, навязав ей бой. Для 160-й дивизии это был последний организованный бой в Вяземской оборонительной операции. Части дивизии дрались до темноты. Среди личного состава были большие потери. В этом сражении героически погиб командир дивизии полковник А.И.Шундеев, не раз поднимавший в атаку своих бойцов.
С 10 октября группы воинов дивизии, прорывая заслоны немецко-фашистских частей, начали с боями прорываться на восток, к линии фронта. Эти попытки пробиться к своим осуществлялись, по свидетельству одного из непосредственных участников этой операции, бывшего ополченца и заместителя заведующего Политархивом НКИД В.П.Копейчика, в весьма сложной боевой обстановке. Немцы усиленно обстреливали их артиллерией и бомбили с самолётов, с наступлением cумерек пускали осветительные ракеты, так что ночью было трудно ориентироваться. Длительное время пробивавшиеся из окружения красноармейцы отходили без еды и сна. Многие воины, в том числе – и ополченцы из НКИД, при выходе из окружения погибли. Некоторые из добровольцев попали в плен, но и там вели себя мужественно, несмотря на все мучения и издевательство, а нередко и смерть от рук оккупантов.
Бывший слушатель Высшей дипломатической школы П.И.Костягин, прорвавшийся из октябрьского окружения, позже вспоминал про эти дни так: «Я тогда командовал минометной ротой, и мы не сдавали позиций врагу до последней возможности. Однако силы были не равными, и нам пришлось с боями отходить, а затем, оказавшись в окружении, через заслоны врага, пробиваться на восток, к своим. То, что мы испытали в ходе этого отступление, трудно передать словами. Мы старались помочь раненым выходить вместе с нами, постоянно поддерживали в них надежду и тягу к жизни. Голодали и благодарили местных жителей за поддержку едой. Но какие бы мы испытания не переносили, у нас была надежда на то, что мы соединимся и снова окажемся в рядах бойцов».
Окружённые в октябре 1941 г. в Вяземском котле и прорывавшиеся к своим ополченцы, несмотря на неимоверные трудности, сохранили боевые знамена дивизий и полков и вынесли их из окружения. Часть бойцов и командиром, оказавшись в тылу врага и избежавших немецкого плена, влились в партизанские отряды.
В середине октября 1941 года личный состав разрозненных частей и подразделений 160-й cтрелковой дивизии, пробившейся сквозь кольцо окружения, сохранившей и вынесшей свои боевые знамена, собрался на пункте сбора в МИИТ – там, где в начале июля 1941 года проходило формирование 6-й ДНО. Затем, в течении двух с половиной месяцев дивизия находилась в районе станции Гжель в Раменском районе Московской области на доукомплектовании, получала пополнение и вооружение.
9 января 1942 года переформированная 160-я стрелковая дивизия, совершив марш-бросок под командованием Ф.М.Орлова из cела Раменское в Балабаново, прибыла на поля сражения. 15 января она вступила в бой, изгнала врага из 22 населённых пунктов и совместно с 113-й дивизией подошла с юго-запада к Верее. До августа 1943 г. 160-я дивизия вела бои на Смоленском направлении. В дальнейшем боевой путь дивизии лежал через освобождённый при ее участии города Ельня, Смоленск, Брест, Варшава, по территории Украины, Белоруссии и Польши. Закаленная в боях, дивизия получила наименование 160-я Брестская, была награждена орденом Красного Знамени. Свой боевой путь дивизия, созданная в первые дни Великой Отечественной войны из патриотов-москвичей, среди которых были добровольцы НКИД, завершила, встретившись в мае 1945 г. c союзными английскими войсками в районе города Шверин в Германии.
Сохранение памяти о не вернувшихся с фронтов Великой Отечественной войны наших старших товарищах – одно из главных направлений в работе по патриотическому воспитанию ветеранской организации Министерства иностранных дел Российской Федерации. Их имена запечатлены на мемориальной доске, установленной в вестибюле главного здания МИД. Фотографии и различные сведения об их трудовой и боевой биографии находятся в Зале боевой и трудовой славы нашего Министерства. Мы продолжаем поиски в российских архивах новых фактов и документов об их героическом подвиге. На средства, собранные сотрудниками МИД, 10 февраля 2014 года на бывшем здании Наркомата иностранных дел СССР (Кузнецкий мост, д. 21/5) было установлено и открыто скульптурное панно, рельефно отображающее драматизм грозных событий лета и осени 1941 года и напоминающее о самоотверженном подвиге героев-добровольцев. 28 сентября 2016 года в селе Озерище, где находился штаб 6-й ДНО и где она впервые, 19 августа 1941 г. вступила в бой, уничтожив высадившийся немецкий десант, на средства сотрудников МИД РФ был открыт обелиск, посвященный нашим добровольцам-ополченцам. Стали доброй традицией ежегодные посещения делегацией Совета ветеранов МИД Смоленской земли и воздание должной памяти добровольцам НКИД, отдавшим свои жизни за Родину".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 09 фев 2018, 10:13

"2017 © Лопуховский Л.Н. (Москва)

О МАСШТАБЕ ЛЮДСКИХ ПОТЕРЬ
В ВЯЗЕМСКОЙ ОБОРОНИТЕЛЬНОЙ ОПЕРАЦИИ

В ходе Московской стратегической оборонительной операции удалось сорвать немецкий план взятия советской столицы, а вместе с ним – окончательно похоронить блицкриг, что означало не только военное, но и политическое поражение Гитлера. Но этот бесспорный успех был достигнут ценой больших потерь. Давно пора сказать правду о том, какой ценой была завоевана победа под Москвой.
Данные авторского коллектива под руководством Г.Ф.Кривошеева о потерях в этой операции показаны в таблице 1.

Таблица 1
Потери личного состава советских войск в ходе Московской стратегической оборонительной операции (30.09 – 05.12.1941 г.)

Фронты Числен
ность Безвозвратные потери Санитарные потери Общие потери Средне-суточные потери
Западный 558 000 254 726 55 514 310 240 4 700
Резервный 448 000 127 566 61 195 188 761 15 730
Брянский 244 000 103 378 6 537 109 915 2 617
Калининский* 28 668 20 695 49 363 1 050
Итого 1 250 000 514 338 41,1%** 143 941 658 279 52,7%** 9 825

Источник: Россия и СССР в войнах ХХ века. С.273.
Примечания: * Калининский фронт создан 19 октября за счет войск Западного Фронта.
** В процентах к численности фронтов к началу операции.

Поражает точность цифр в таблице – до человека! Видимо, авторы считали потери по донесениям из войск. И это в условиях неорганизованного отхода при потере управления, когда штабы армий и фронтов порой не знали, где и в каком составе находятся их соединения и части? Части и соединения, попавшие в окружение, информацию о своих потерях по понятным причинам вообще не представляли. Не случайно, что приведенные данные сторон о людских потерях наших войск несопоставимы: в немецких документах говорится о первых трех неделях октября операции «Тайфун», в течение которых противник захватил 673 тысячи пленных, а Г.Ф.Кривошеев ведет речь о 67 сутках операции. На одном из заседаний он заявил: «Нас критикуют и справа, и слева, но мы спокойны, ибо опираемся на документы Генштаба». Авторы труда о потерях спокойны, пока скрывают филькины грамоты, что порой присылали в Генштаб штабы фронтов. Например, кто и каким образом мог доложить о потерях армий Резервного фронта, положение которых его штабу было неизвестно, а сам фронт 10 октября был уже расформирован?
Если бы в распоряжении Ставки в последнюю неделю октября оставалась группировка численностью порядка 600 тысяч человек (1.250 тысяч минус 658,3 тысяч, не считая соединений, введенных в сражение в ходе операции), то обстановка на московском направлении не носила бы столь угрожающий характер, как оказалось.
Потери наших войск в октябре, указанные в таблице, оказались намного больше, так как в ней не учтены потери соединений, введенных в сражение в ходе операции, а также объем и сроки подачи маршевых пополнений. Последнее, якобы, установить сейчас невозможно. Но то, что «не удалось» Г.Ф.Кривошееву с его огромными полномочиями, сумели добиться дотошные исследователи.
По данным Б.И.Невзорова, известного исследователя Московской битвы, в ходе оборонительной операции (до 4 декабря) численность введенных в сражение частей и соединений, составила 645 тысяч человек. Кроме того, в войска было подано 271,4 тысяч человек маршевого пополнения. Таким образом, с учетом дополнительных 916,4 тысяч в операции с 30.09 по 04.12.1941 участвовало с нашей стороны 2 166,4 тысяч человек (1). По расчетам Невзорова, безвозвратные потери в ходе операции составили 817 тысяч, общие – 961,5 тысяч (соответственно, 37,7% и 44,4% от общей численности войск).
Эти цифры вполне согласуются с расчетами старшего научного сотрудника Института военной истории доктора исторических наук С.Н.Михалева. При подсчете потерь в Московской оборонительной операции он применил расчетный метод также с учетом пополнений. К концу октября военно-оперативные потери, по его расчетам, достигали почти 800 тысяч человек (2). С учетом потерь за ноябрь (156 тысяч) убыль личного состава в течение операции составила 956 тысяч человек (даже без учета потерь за первые 4 дня декабря). Однако С.Н. Михалев в своих расчетах почему-то почти на 38 тысяч занизил первоначальную численность трех фронтов. С учетом этой разницы потери в сумме составили 994 тысяч человек. Так что общая убыль из боевого строя Красной Армии в ходе Московской оборонительной операции может составить до миллиона бойцов и командиров, что в 1,5 раза больше, чем указано авторами статистического исследования под руководством Г.Ф.Кривошеева. Характерно, что это число подтверждено в первом (обзорном) томе новой истории Великой Отечественной войны: «По недавно опубликованным данным за первые две –три недели боев под Москвой Красная армия лишилась до миллиона человек» (3). Но вот поправку в итоговые цифры потерь Красной Армии за всю Великую Отечественную войну авторы 12-томника так и не внесли.
Г.Ф.Кривошеев, занизивший потери в Московской оборонительной операции, по понятным причинам уклонился от подсчета потерь наших войск в октябре. Для определения потерь непосредственно в Вяземской операции используем данные противника о пленных, захваченных 9-й и 4-й армиями в ходе операции «Тайфун», разграничительная линия между которыми проходила по автостраде на участке Смоленск - Вязьма (см. таблицу 2).

Таблица 2
Число советских пленных, захваченных войсками Группы армий «Центр» 28.09. - 18.10.1941 (в тысячах человек)

Группировки
советских войск Севернее шоссе Южнее шоссе Всего Брянский фронт Итого
Численность к началу операции 531 494 1025 225 1250
В окружение попало (ориентировочно) До 200 До 450 До 650 До 200 До 850
Взято в плен по немецким данным: до 09.10.1941 21 100 121 30 151**
В основных котлах 80 285 365 90 455
После 14.10.1941 10 20 30 26 56
Частями начальника тыла 4 7 11 ? 11*
Всего (в % к числу окружённых) 115**
(58) 412** (92) 527
(81) 146**
(73) 673*
(79)
Из них западнее Вязьмы к 15.10.1941 90
(45) 332***
(74) 422
(60) - -

Источники: * ЦАМО РФ. Ф.500. Оп.12454. Д.227. Л.130 (Отдел разведки ГА).
** Там же. Оп.12462. Д.623. Т.2. Л.3 (Разведсводки ГА «Центр»).
*** Там же. Оп 12454. Д.378. Коробка 141
Примечания:
1. В окружение попали также части и учреждения тыла центрального подчинения, части НКВД, подразделения военных строителей.
2. В число пленных, захваченных войсками 4-й армии противника, попали многие тысячи военнослужащих из северной группировки, пытавшихся вырваться из окружения южнее Вязьмы.

Число пленных в таблице показано нарастающим итогом – всего 527 тысяч человек, то есть 81% от числа попавших в окружение (Брянский фронт отбросим). Для сопоставления данных пришлось разделить на две группировки и наши войска.
По данным известных исследователей Ходаренка М. и Невзорова Б., общие потери в Вяземской операции могли составить 780 тысяч, в том числе убитыми, раненными и пропавшими без вести – 253 тысячи человек (4). Но они не оговорили, откуда взято это число. Во всяком случае, пропавшие без вести вошли в число или убитых (умерших от ран) или пленных (+ 527 тысяч). Другие исследователи в основном ориентировались на цифры в пределах от 770 до 900 тысяч человек. Все это вызывало большие сомнения.
Уточнить число пленных, захваченных немцами в ходе Вяземской операции, которая закончилась 13.10.1941, удалось благодаря участвующему в работе нашей конференции А.В.Кислицыну, который ввел в научный оборот важный немецкий документ – «Отчет штаба 4-й армии от 15.10.1941 о захваченных пленных и трофеях на момент окончания зачистки котла», в котором указано число 332 тысячи человек (5). На это же время части 9-й армии захватили в плен примерно 90 тысяч, не считая плененных в ходе последующей зачистки котла и наступления на Ржев и Калинин по 18.10.1941. Всего в окружении западнее Вязьмы немцы по 14 октября захватили 422 тысячи (60% от числа попавших в окружение). С учетом убитых и умерших от ран (80 - 100 тысяч), раненых (75 тысяч - 50% от 150, указанных в таблице 1) и пленных (422 тысяч) общие потери наших войск в Вяземской операции составляют до 600 тысяч человек (577 - 597). Цифры эти – сугубо ориентировочные, точных сведений о потерях в октябре 1941 г. до сих пор найти не удалось. Избежали окружения и вышли к своим войскам примерно 245 тысяч человек.
Интересно, что в число пленных, захваченных 4-й армией, вошли и пленные, якобы вытесненные 9-й армией! На самом деле, немцы стремились расчленить группировку наших войск на две части, чтобы быстрее уничтожить окруженных и высвободить свои части для наступления на Москву.
Войска 19-й армии после неудачной попытки прорыва у Богородицкое в соответствии с приказом повернули на юг на соединение с войсками 20-й армии, чтобы совместно с ней прорываться из окружения в восточном направлении южнее Вязьмы. Части и соединения армии (пусть и ослабленные потерями) начали движение по трем маршрутам под командой своих командиров (см. схему 14).
Факты говорят о том, что их действия при преодолении немецких заслонов у автострады Минск – Москва и в дальнейшем были согласованы между собой. Это следует из доклада бывшего начальника оперативного отдела 19-й армии полковника Маслова от 29.03.42 о боевых действиях армии в период с 1 по 12.10.1941 г. (6) И косвенно подтверждается записями в журнале боевых действий 87-й пехотной дивизии вермахта (полученного автором от родных убитого унтер-офицера этой дивизии) (7), а также из доклада бывшего начальника штаба 4-й армии генерал-лейтенанта Г.Блюментритта, который, находясь с 31 мая 1945 г. в плену у американцев, в 1952 г. решил поделиться с ними своим опытом трудной войны с русскими (8).
На схеме, разработанной на основе эскизов из дневника генерала, подробно, с указанием времени показан прорыв намного более крупных сил, нежели продвигавшихся по восточному маршруту вблизи Вязьмы. При этом русские частью сил повернули в тыл 23-й пехотной дивизии, чем осложнили её положение. В районе деревни Богдановка и станции Гредякино 13 октября разгорелся ожесточенный бой. В ответ на просьбу командира 23-й дивизии о помощи, ему был переподчинен полк 78-й пехотной дивизии. Основные силы прорвавшейся группировки вклинились на глубину 12 км территории, ранее занятой немцами. Они были остановлены лишь совместными действиями частей 23-й и 78-й пехотных дивизий перед Семлевским трактом. Количество пленных и трофеев резко возросло по мере зачистки захваченной советской территории к 18 октября. Война – двусторонний процесс. Рассмотрение этого эпизода еще раз напоминает, что только путем сопоставления данных различных источников обеих противоборствующих сторон можно приблизиться к истине.
Превознося победу своих войск под Вязьмой, битый гитлеровский генерал невольно оставил нам свидетельства стойкости наших солдат и офицеров, их мужества и самопожертвования при выполнении воинского долга в тяжелейшей обстановке окружения.
В ходе Вяземской операции большие потери понесли и дивизии Московского Народного Ополчения. Удивительно, но в опубликованных за последние 10 лет трудах, в том числе капитальных, их авторы старательно обходят этот вопрос. Видимо, они не хотели привлекать внимания к тому, что эти дивизии буквально за несколько дней фактически потеряли боеспособность, и тем самым принизить их роль в защите Москвы.
Поэтому, чтобы определить потери дивизий Московского Народного Ополчения в операции, придется воспользоваться данными, опубликованными в книге «Вяземская катастрофа» в 2006 г. (9). Общая численность 12 дивизий Московского Народного Ополчения к началу операции «Тайфун» составляла 133 тысячи человек. Пять из них (в таблице 3 помечены *) - 2-я, 7-я, 8-я, 9-я и 13-я ДНО (соответственно – 2-я, 29-я, 8-я, 139-я и 140-я стрелковые дивизии) – общей численностью 55.818 человек были расформированы в связи с большими потерями. В ЦАМО фондов по ним нет, как нет и сведений о количестве вышедших из окружения.
В семи оставшихся дивизиях Московского Народного Ополчения насчитывалось 77234 человек. Они также понесли большие потери и смогли восстановить боеспособность, чтобы защищать столицу, лишь после переформирования и пополнения. Всего за две недели боев из окружения к своим войскам вышло примерно 12,4 тысяч (без 18-й дивизии, по которой данных нет), то есть 16%. Например, в 17-й ДНО к 12 октября к своим войскам вышло 17 командиров и 94 бойца, которые имели всего 123 винтовки, два автомата и пулемет (10). К 15 октября это число с учетом двух маршевых рот (286 человек) возросло до 558-ти, что составило 5% от начальной численности дивизии. А всего из окружения могло пробиться по ориентировочным расчетам не более 18 тысяч человек. Таким образом, общие потери 12 дивизий Московского Народного Ополчения составили примерно 115 тысяч человек (87%).

Таблица 3
Изменения в численности
дивизий Московского Народного Ополчения осенью 1941 г.
№№
ДНО Район формирования Москвы №№ СД,
их принадлежность Численность на 20.09.1941 Численность после выхода из окружения
1-я Ленинский 60-я (33-я армия) 11457 3962 к 15.11.1941
2-я* Сталинский 2-я (32-я армия) 11320 (на 01.10.1941) Нет данных
4-я Куйбышевский 110-я (31-я армия) 11755 (на 01.10.1941) 3365 к 17.10.1941
5-я Фрунзенский 113-я (33-я армия) 11501 1330 к 25.10.1941
6-я Дзержинский 160-я (24-я армия) 9791 (на 01.08.1941) 1050 к 13.10.1941
7-я* Бауманский 29-я (32-я армия) 10947 Около 700
8-я* Краснопресненский 8-я (32-я армия) 10513 Нет данных
9-я* Кировский 139-я (24-я армия) 11543 Нет данных
13-я Ростокинский 140-я (32-я армия) 11490 (на 01.10.1941) Нет данных
17-я Москворецкий 17-я (33-я армия) 11454 558 (к 15.10.1941)
18-я Ленинградский 18-я (33-я армия) 10668 Нет данных
21-я Киевский 173-я (33-я армия) 10608 2259 (к 17.10.1941)
Всего 12 ДНО (СД) 133 047 13 224 (10%)

Источник: Документы ЦАМО РФ. Ополчение на защите Москвы. М. 1978 (таблица составлена автором).

Ополченские дивизии, как и другие соединения Действующей Армии на Московском направлении, сделали все, что могли, и даже больше. Сотни тысяч пленных – это не трусы и не предатели. Это – результат ошибок и грубейших просчетов, прежде всего, оперативного и стратегического командования, вплоть до Ставки. Подробно вопрос о причинах поражения в Вяземской операции разбирался на конференции в Вязьме в 2016 г. (11).
Постановлением ГКО сроки на проведение мобилизации в Московское Народное Ополчение были определены весьма жесткие: провести формирование первых 12 дивизий к 7 июля, то есть всего-навсего за три дня. Поэтому в большинстве случаев учесть мобилизованных ополченцев в военкоматах не успели. При этом списки мобилизованных во многих райкомах Москвы и области были уничтожены во время паники 16 октября. Советы ветеранов ополченских дивизий проводили большую работу по восстановлению списков своих боевых товарищей. Теперь этим занимаются потомки ополченцев. Возможно, что именно им удастся выяснить, сколько же из них смогли вырваться из окружения, сколько попало в плен и там погибло, сколько дошли до Победы.
А пока все приведенные выше цифры следует считать ориентировочными, так как точных сведений о наших потерях в людях в 1941 г. до сих пор нет. В «Справке о численности Красной Армии, пополнении и потерях за период с начала войны по 1 марта 1942 г.», подписанной полковником Ефремовым, в отношении учета потерь сделан следующий вывод: «Период с 1 августа по 1 декабря наиболее неясен в отношении учета, особенно потерь. Можно совершенно определенно утверждать, что данные оргштатного управления по потерям за октябрь и ноябрь месяц совершенно не соответствуют действительности. По этим данным в каждом из этих месяцев было потеряно по 374 000 чел., а фактически в эти месяцы войска несли наибольшие потери» (12).
Чтобы прикрыть огромную прореху в учете потерь по донесениям из войск, авторам пришлось использовать так называемые «неучтённые потери», а также придумывать фокус с 500 тысячами призывников, не дошедших до своих частей, которых потом засчитали в общие потери населения страны
Конечно, нельзя исключить, что число военнопленных, объявленное немцами, несколько завышено, например, за счет случаев двойного учета при передаче данных в вышестоящие инстанции (одни и те же люди учитывались дважды). Видимо, поэтому в новой 12-томной истории войны говорится о 600 тысячах пленных, взятых немцами в боях под Брянском и Вязьмой (13), то есть примерно на 11% меньше, чем насчитали немцы.
По поводу включения в число военнопленных всех мужчин, способных носить оружие (от 16 до 50 лет), следует учитывать, что в ходе боев на окружение и при преследовании частям вермахта было не до них. Главной заботой немецкого командования было как можно скорее завершить разгром противника, окруженного в больших и малых котлах, чтобы высвободить соединения для наступления на Москву. Не стоит преувеличивать и количество гражданских лиц призывного возраста в захваченных немцами районах, в том числе и в котлах. Так, согласно Директиве ГШ КА № орг/2/524678 от 08.07.1941 в первой и второй декадах июля 1941 г. при угрозе оккупации осуществлялся отвод людских ресурсов из угрожаемых районов на восток, начиная от новобранцев и лиц вплоть до 1891 г. рождения (14). Кроме того, этот контингент был выбран в августе 1941 г. при проведении дополнительной мобилизации ещё 14 возрастов военнообязанных 1890— 1904 гг. и призывников до 1923 г. рождения. Так, согласно справке Смоленского обкома от 15 сентября 19411 г. с территории области было призвано в Красную Армию 153 тыс. человек (15). Немцам было и не до того, чтобы в это время выискивать среди гражданских лиц сотрудников партийных и советских органов.
При анализе «Книги потерь» просматривается отчетливое стремление авторского коллектива Г.Ф.Кривошеева к занижению безвозвратных потерь Красной Армии в операциях и войне в целом, чтобы ни в коем случае не превысить доложенное ЦК КПСС число 11 444,1 тысяч человек. Противоположная тенденция обнаруживается при определении авторами безвозвратных потерь вооруженных сил Германии и ее союзников. Перейдем к фактам.
Министр обороны Д.Т.Язов в своем докладе ЦК КПСС назвал не только потери СССР, но и безвозвратные потери фашистского блока на советско-германском фронте – 7168 тысяч человек. Соотношение по ним составило тогда 1,6:1 не в нашу пользу. Такое соотношение членам ЦК КПСС показалось неприемлемым. И к моменту публикации труда «Гриф секретности снят» в 1993 г. безвозвратные потери Германии и ее союзников были увеличены сразу на полтора миллиона – до 8649,3 тысяч человек. В результате соотношение по потерям снизилось до 1,3:1. Такое соотношение устраивало советское политическое и военное руководство.
Но в 2010 г. та же группа авторов под руководством Г.Ф. Кривошеева (её состав почти не изменился, добавился лишь еще один общий редактор – А.В.Кирилин) подготовила новую «Книгу потерь», в которой они в отношении потерь немцев и их союзников не поскупились. В результате им удалось свести соотношение по безвозвратным потерям воюющих сторон до 1,1:1, сделав его практически равным. Как это им удалось? Очень просто - они засчитали потери вермахта и СС по данным профессора Р.Оверманса (5300 тысяч человек) на всех театрах военных действий за все время Второй мировой войны, как потери на одном только советско-германском фронте. Тем самым авторы «Книги потерь» во главе с редакторами Г.Ф.Кривошеевым и А.В.Кирилиным совершили прямой подлог, предусмотрительно не указав сноску на книгу профессора, чтобы читатели не смогли проверить их лживые аргументы. А ведь Оверманс расписал в таблице, где и сколько погибло солдат вермахта и СС. На конференции по вопросам военных потерь Германии и СССР, проходившей в г. Дрездене 6 – 7 июля 2010 г., он пришел к выводу о том, что из общего количества потерь (5,3 миллиона человек) на Восточный фронт приходятся 65 - 75%, то есть около 3,5 – 4 миллионов павших солдат. Это число включает в себя и умерших в советском плену военнопленных. Проведенные расчеты показывают, что на Восточном фронте за всю войну погибло примерно 3526,5 тысяч человек, а не 5300.
К сожалению, цифры советских и немецких потерь, подсчитанные Г.Ф.Кривошеевым, попали в 1-й том новой истории войны, редакция которой предусмотрительно опустила вывод о скандальном соотношении. Но любой старшеклассник, зная итоговые цифры, сможет вычислить его самостоятельно. На вопрос, кто и зачем придумал эту чушь, один из авторов группы Г.Ф.Кривошеева рассмеялся и ответил: для расширения кругозора читателей. Они не понимают, что своей ложью бросают тень на светлое Знамя Победы.
Но почему такое внимание к определению соотношения по безвозвратным (военно-оперативным) потерям? Дело в том, что этот статистический показатель имеет важнейшее значение для оценки эффективности вооруженных сил, показанной ими в ходе военных действий. Он предельно объективно демонстрирует как результаты боевой подготовки войск, так и качество управления ими, причем на всех уровнях. При этом каждая из составляющих безвозвратных потерь имеет свое собственное значение. Если количество убитых солдат и офицеров противника лучше характеризует тактическое умение солдат и их младших, средних и старших командиров, то десятки и сотни тысяч захваченных военнопленных в большей степени зависят от оперативного искусства генералитета и стратегического мастерства Верховного Главнокомандования.
Именно соотношение по безвозвратным военно-оперативным потерям позволяет выяснить, какой ценой были достигнуты результаты военных действий. По нему можно судить, кто воевал числом, а кто – умением. И оно же демонстрирует, чье политическое руководство лучше подготовило свои вооруженные силы к войне и обеспечило им оптимальные начальные условия для вступления в нее.
Прекрасно понимая истинное значение такого соотношения, авторский коллектив под руководством Г.Ф.Кривошеева пошел на все, чтобы всеми правдами и неправдами сделать его как можно более благоприятным для Красной Армии. Так, подсчитанное ими соотношение не учитывает, что в ходе войны немцам удалось захватить в плен в 2,8 раза больше, чем нашим войскам до их капитуляции, что, конечно, серьезно повлияло на общее соотношение по безвозвратным потерям
При сопоставлении реальных безвозвратных потери сторон на советско-германском фронте пришлось сделать вывод о том, что Вооруженные Силы СССР и его союзников за время Великой Отечественной войны по самым осторожным подсчетам потеряли в 2,5 раза больше людей, чем вермахт и армии сателлитов Германии (16).
Такое соотношение потерь более соответствует реальному характеру военных действий в ходе минувшей войны, когда Красной Армии в течение трех лет практически в одиночку пришлось сражаться с армией агрессора, опирающейся на экономический потенциал почти всей Европы, нежели 1,3:1, подсчитанное Г.А.Кривошеевым, не говоря уж о дутом 1,1:1.
Возникает естественный вопрос: а как же при таком соотношении СССР смог добиться Победы? Но соотношение по безвозвратным потерям противоборствующих сторон, подсчитанное на основе итоговых цифр за всю войну, не имеет отношения к её конечному закономерному итогу. Оно, как и соотношение в силах и средствах сторон, - величина непостоянная. Война продолжалась без малого 4 года, и соотношение на советско-германском фронте менялось от года к году по мере преодоления последствий крайне неудачного для Красной Армии начала войны и накопления ею боевого опыта. Это можно проследить на основе их годовых оценок. В 1941 г. оно составило 12,2:1 в пользу противника, в 1942 – 5:1, в 1943 – 3,3:1, в 1944 – 1:1, в 1945 – 1:2 уже в нашу пользу (17).
Но соотношение по безвозвратным потерям сторон 2,5:1 за всю войну так и осталось, к огромному сожалению, в пользу противника.
Правду о цене, которую пришлось заплатить народам СССР за Победу с точностью до одного человека, мы узнаем лишь на Страшном Суде. Но представить себе реальный порядок цифр уже сейчас — вполне возможно. Нам нечего скрывать и тем более стыдиться за ту огромную цену, которую пришлось заплатить народам Советского Союза и его армии за разгром гитлеровской Германии и освобождение стран восточной Европы от нацистского порабощения.

Примечания
1. Невзоров Б.И. Московская битва. 1941 - 1942. М. 2006. С.221 - 223.
2. Михалев С.Н. Людские потери в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг. Статистическое исследование. Красноярск. 2000. С.16 - 17.
3. Великая Отечественная война 1941 - 1945 гг. Т.1. М. 2011.
4. Ходаренок М., Невзоров Б. Черный октябрь. – «Независимое военное обозрение». 2002. № 20.
5. Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО). Ф.500. Оп.12454. Д.378. Кор.141 (Заключительный отчет о положении врага в окружении под Вязьмой).
6. ЦАМО РФ. Ф.28. Оп.11627. Д.1001. Л.21 – 24.
7. Das Kriegstagebuch der 87.Infanterie-Division. Traditionsgemeinschaft der ehemaligen 87.Infanterie-Division. S.57 – 62
8. Блюментрит Г. Невозможные ситуации. Отдел исторических исследований Главного штаба. Армия Соединенных штатов. Европа. 1952 г. (записано 14 мая 1952 г.). NND 822900 (1950-1954): NARА, 1976. MS # B-682. Р.1 – 14.
9. Лопуховский Л.Н. Вяземская катастрофа. М. 2006. С.620, 621.
10. ЦАМО РФ. Ф.388. Оп.8712. Д.4. Л.1, 5.
12. ЦАМО. Ф.14. Оп.113. Д.1. Л.238.
13. Кульков Е.Н., Мягков М.Ю., Ржешевский О.А. Война 1941 – 1945. Факты и документы. М. 2001. С. 55 – 56.
14. ЦАМО. Ф.127. Оп.12915. Д.49. Л.18.
15. Государственный архив Смоленской области. Ф.2361. Оп.5с. Св.3. Д.12. Л.47. (Архив Смоленского областного военного комиссариата в связи с угрозой захвата его противником был сожжен в Волоколамском лесу.)
16. И. Пыхалов, Л. Лопуховский и др. «Умылись кровью?» Ложь и правда о потерях в Великой Отечественной войне. / Лопуховский Л.Н., Кавалерчик Б.К. Когда мы узнаем реальную цену за разгром гитлеровской Германии. М. 2012. С.188.
17. Там же. С.187 – 188".
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.

Re: Сборник материалов "Московское Народное Ополчение 1941 г

Сообщение Константин Стрельбицкий » 26 фев 2018, 19:48

Сегодня закончена печать всего тиража сборника. Так как интерес к материалам, помещённым в нём, оказался значительным, то объявленный ранее первоначальный тираж издания - 200 экземпляров - был существенно увеличен.
В ближайшее время Оргкомитет начнёт бесплатное "адресное" распространение тиража издания по готовящимся "поимённым" и "поорганизационным" :) спискам.
С уважением - К.Б.Стрельбицкий
Аватар пользователя
Константин Стрельбицкий
 
Сообщений: 670
Зарегистрирован: 19 окт 2015, 19:56
Откуда: Москва
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.


Вернуться в ПРИВАЛ

Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1